То, что он собирается ее поцеловать, не вызывало никаких сомнений. Ей следовало давно вырваться и бежать от него очертя голову, но она не могла, ее точно парализовало. Она находилась в полной власти красивого грубого грека.
– Не совсем так.
– Не смей! – еще тише прошептала она, но было поздно – властная рука легла ей на затылок, а жесткие губы впились в ее рот.
Границы прошлого и настоящего перестали существовать. Охваченная животным страхом, она превратилась в маленького разъяренного котенка, стала кусаться, царапаться и извиваться всем телом в крепких мужских руках.
Александр что-то пробормотал и неожиданно опрокинул ее на спину, а сам оказался сверху.
Он страстно прижался к ее губам и, раздвинув их, коснулся мягких теплых глубин ее рта. Сердце у нее бешено колотилось, а он все не отпускал, напротив, поудобнее устроился между ее раздвинутых ног. Она оказалась совершенно не готовой к тому буйству чувств, что поднялись в ее груди.
Когда Александр коснулся губами ее шеи, она изо всех сил заколотила кулаками по его спине, и всхлипывая прокричала:
– Прошу тебя! Не надо! Не надо!
Он медленно поднял голову.
– Похоже, ты искренне, – немного удивленно проговорил он.
– Да, да! – Она уже ничего не видела вокруг, ощущая лишь мужское тело, которое прижималось к ней.
– Теперь я понимаю Димитриоса, у бедняги не оставалось ни одного шанса избежать твоих ядовитых чар. – На губах Александра снова заиграла усмешка. Он неторопливо поднялся и с заботливым видом поправил на ней халатик.
Воспользовавшись тем, что он больше не нависал над ней, Мелани отползла на безопасное расстояние.
– Опытная игра в снежную королеву, которая тает лишь для тебя одного, сводя тем самым с ума?
Мелани была потрясена самообладанием гостя. Он был совершенно спокоен, словно и не целовал ее страстно минуту назад.
– Ошибаешься. Я не веду никакую игру, неужели не понимаешь?
– Тогда как мне прикажешь понимать Димитриоса? Решить, что он все выдумал и не был знаком ни с какой Мелани Харт? А вены он себе резал от нечего делать, да? – взорвался Александр.
Если бы в этот момент рядом оказалась Стефани, она бы ее точно прибила. Как ей выпутываться? Как только сестрица объявится, ох и получит она хорошую трепку от Мелани. На этот раз Стефани перешла все допустимые границы.
– Я сожалею, что так получилось, – пробормотала Мелани.
– Она, видите ли, сожалеет! Раньше нужно было думать!
Мелани наконец встала и попыталась успокоиться. Голова стала болеть меньше.
