Потом постепенно разберемся с брачной татуировкой. Вот же дикари, право слово!
– Стоп!
Мама продолжала говорить, так что пришлось повысить голос.
– Стоп! – я почти рыкнула.
Мама мигом замолчала, а потом прижала пальцы к вискам и всхлипнула:
– Какой ужас, Дэрин! Ты не следишь за своей речью, ты замужем за этим… этим…
– Хамом, – услужливо подсказала я и тут же прикусила язык.
Но мама уже ухватилась за слово. И прищурилась. А я ощутила себя врагом на допросе. После такого взгляда хотелось рассказать ей все… все.
– Разве они разрешают сокращать свои имена, дорогая?
– Нет, – призналась я, – это вышло случайно. Мама, послушай, во-первых, почему вы решаете за меня?
– Мы не можем бросить тебя в беде!
О как! Хотя я тоже считала, что хорошее дело браком не назовут.
– Почему вы решили, что я в беде?
– Дэрин, ты собиралась замуж за Иррилия! Он сам звонил своей матери и сообщал, что ты дала согласие.
Ну логично. О таких вещах сообщали сразу всей родне. Эльфийская помолвка – вещь важная. К ней частенько идут очень долго.
Я вспомнила маменьку Иррилия – хрупкую светловолосую женщину со стальным взглядом серых глаз – и мысленно сглотнула. Для нее сын был светом в окошке. Удивительно, как она еще не позвонила мне и не начала ругать.
– Мама…
– Скажи честно, милая!
Мама буквально заставила меня присесть на край незаправленной постели, сама села рядом и взяла за руки. Как раньше, в детстве, когда хотела поговорить со мной по душам. Ой-ей!
– Дэрин, он тебя… – губы мамы подрагивали, – он тебя… принудил?
Как вспышка: горячие источники, жаркие поцелуи, а потом то, от чего я по ночам просыпалась от волнения и смущения.
– Нет. Ни к чему меня не принуждали.
– Дэрин, пока отец отвлекает твоего мужа, мы можем выйти! Тебя же здесь ничего не держит?
Мама с некоторой тревогой покосилась на мой живот. Да они сговорились?
Я проигнорировала ее взгляд и сказала:
– Во-первых, я работаю и на носу экзамены. Я не собираюсь никуда бежать. И, мама, вот с этим ты как собралась разбираться? – Я обнажила татуировку.
Насколько мне было известно, такие браки нерасторжимы.
– Неужели ты думаешь, что он тебе позволит работать?
– Как видишь, я работаю.
На лице мамы проступило весьма скептическое выражение, а при взгляде на татуировку она скривилась, как будто увидела нечто отвратительное. Меня это уязвило. Пусть я и сама не в восторге от замужества, но это… наш брак. Дева Лесная, я все же хотела попробовать.
– Тебе нужно спрятаться и дождаться Иррилия.
