И тогда Цкуру понял, что больше им, видимо, встретиться не суждено. Хайда твердо решил исчезнуть, не сказав ни слова. И это не блажь. Поступить так его заставила какая-то серьезная причина. Какая – не важно. Все равно его уже не вернуть…
Предчувствие не обмануло Цкуру. По крайней мере, пока Цкуру не получил диплома, Хайда в вузе не восстанавливался. И знать о себе не давал.
Удивительно, начал задумываться Цкуру. Получается, Хайда повторяет судьбу своего отца. В двадцать два прерывает учебу и пропадает без вести.
Будто ступает след в след за отцом. Или всю эту историю об отце Хайда просто выдумал? Использовал образ родителя, чтобы рассказать о себе?
И все-таки в этот раз исчезновение Хайды уже не вызвало в Цкуру такого смятения, как прежде. Ему не стало горше от того, что Хайда выбросил его из своей жизни, как мусор. Напротив: теперь с утратой Хайды им овладел покой. Удивительно нейтральный покой. Ему даже стало казаться, будто Хайда частично заразился его, Цкуру, грехами и грязью. Оттого и сгинул с глаз долой.
Конечно, Цкуру скучал по нему. Что говорить – все-таки Хайда успел стать одним из немногих настоящих друзей. Но тут уже ничего не поделаешь. После себя Хайда оставил кофемолку, полпакета зерен, тройной виниловый альбом «Годы странствий» Листа (исполняет Лазарь Берман) – и воспоминание: странный задумчивый взгляд глубоко посаженных глаз."
"А в мае, через месяц после исчезновения Хайды, Цкуру впервые переспал с женщиной. В двадцать один год. Точнее – в двадцать один с половиной.
Перейдя на второй курс, он устроился подрабатывать чертежником в контору городского планирования, где и познакомился с девушкой на четыре года старше. Миниатюрная, длинноволосая, с крупными красивыми ушами. Казалось, ее немного сжали в размерах, сохранив первоначальные пропорции. Лицом она была скорее просто милая, чем красавица. Когда он шутил с ней, она смеялась, показывая ровные белоснежные зубы, да и с самого начала держалась очень приветливо. И на его ухаживания отвечала взаимностью.
Как человеку, выросшему с двумя старшими сестрами, ему всегда было уютно с женщинами старше себя. Она к тому же была ровесницей одной.
Найдя удобный предлог, он выманил ее на ужин в ресторане, затем пригласил к себе домой, а там и увлек в постель. Уговаривать ее не пришлось. И хотя для Цкуру это было впервые, все прошло на удивление гладко. С начала и до конца он ни разу не растерялся и не оплошал. Отчего она, похоже, приняла его за опытного любовника.
