Правда, нрав мой знает и знает, что головы полетят с плеч всех причастных.
– Значит так. Я в офис подъеду. Не телефонный разговор. Заодно и спецов всех поднимай, чтобы к моему приезду вы уже знали, кто вбросил фейковые фото в сеть…
Отключаюсь. Отбрасываю телефон, как ядовитую гадюку. Намеренно не хочу открывать и вглядываться, так как даже мысли подобной не допускаю.
Тот, кто сделал эти снимки, явно новичок в деле, потому что ну никак не может моя Сатина быть хоть как-то связана с моим врагом.
Перед глазами сразу же образ жены своей воскрешаю.
В тот самый день, когда я пришел к ним в дом.
Откровенно говоря, папашка моей жены проштрафился. Серьезно. Из-за него моя компания чуть не влетела на огромные суммы, и неустойка грозила фирмочке поставщика серьезная.
Только вот мне написывать начали его адвокаты, отправляли слезные письма с просьбами от самого Селима, чтобы не отправлял несчастного в тюрьму, что больной он, что сердце не выдержит… Что после инфаркта и так далее…
Захотел я лично пообщаться с проштрафившимся мужичком, чтобы не через третьих лиц, потому что при более детальной проверке выяснил, что мужик конкретно попутал, теневые схемы проворачивал и хотел мне не то сырье поставить, что позже привело бы к ужасающим последствиям.
Могли люди пострадать. Невиновные.
И это уже не про неустойку. Это уже про то, что обнародуй я это все и мужику грозил бы срок."
"Только придержал все тогда, захотел заглянуть в глаза, чтобы тот понял, с кем играть решил и что сошка слишком мелкая, чтобы против акулы идти.
Пока слушал оправдательные сбивчивые речи в доме Исмаилова, уже подустал от червя, который извивался под ногами, пытаясь выбить для себя пощаду…
Только никакое больное сердце не может оправдать откровенное желание нагреть руки на чужих деньгах и за счет чужих жизней. Не прокатит.
Уже хотел озвучить свой приговор, как дверь в кабинет открылась, и я услышал вопросительное:
– Папа?
Девушка в кабинет вошла, буквально несколько шагов сделала, прежде чем замереть испуганной птичкой.
И сразу же в глаза мне бросилась.
Распущенные длинные кудри, светлая кожа, миндалевидные глаза с длинными ресницами…
Не с наращенными, как это сейчас принято, а с настоящими, загнутыми к удивленно вскинутым, аккуратным бровям…
Пухлые розовые губки забавно раскрылись в букве «о», и тонкий носик дернулся, когда она совершенно не сексуально шмыгнула…
Не слишком высокая девушка в голубом платье, которое обтянуло фигурку статуэтки…
Вообще не мой типаж. И близко нет.
