Мне просто хотелось притвориться, что этого дня никогда не было.
Я решила лечь спать пораньше и забралась в постель, сопротивляясь желанию выглянуть в окно. Прошло несколько часов. Вряд ли Алекс все еще там.
Глава 42
Ава
Алекс выполнил свою угрозу-обещание и приходил каждый день. Он ждал меня по утрам, когда я уходила на учебу – чаще всего с моими любимыми ванильным латте и черничным пирожком. Он провожал меня домой после семинаров. Когда я проводила время с другими людьми или исследовала город по выходным, он был менее заметен, но все равно оставался рядом.
Я чувствовала его присутствие, даже если его не видела.
Я никогда не думала, что Алекс Волков станет моим преследователем, но вот пожалуйста.
Кроме того, каждый день приходили подарки. Горы подарков.
К концу первой недели моя квартира стала напоминать оранжерею. Я отдала все в ближайшую больницу – розы всех цветов и оттенков, яркие сиреневые орхидеи и трепетные белые лилии, бодрые подсолнухи и нежные пионы.
К концу второй недели моя коллекция драгоценностей заставила бы позеленеть от зависти саму герцогиню Кембриджскую, – по крайней мере, пока я не сдала их в ломбард.
От суммы, полученной за горсть бриллиантовых серег, сапфировых браслетов и рубиновых ожерелий, у меня заслезились глаза, но я отдала большую часть денег на благотворительность, оставив немного себе на расходы. Лондон – недешевый город, а стипендия была не слишком роскошной.
К концу третьей недели меня по колено завалило гурманским шоколадом, подарочными корзинами и авторскими десертами.
Меня не интересовали модные украшения или цветы, и я не придавала значения подобным подаркам. Но некоторые мелочи разрывали сердце на части – капкейки «Красный бархат» с надписью «Прости»; редкий винтажный японский фотоаппарат, который я искала много лет, но никак не могла найти в продаже; наша с Алексом фотография с осеннего фестиваля в рамке. Я не знала, что он сохранил снимок из фотобудки.
А зачем мне фотографии?
Для воспоминаний. Чтобы помнить людей и события?
Для этого мне фотографии не нужны.
К концу четвертой недели мне хотелось одновременно рвать на себе волосы от расстройства и таять, как песочный замок во время прилива.
– Нам нужно поговорить, – сказала я в пятницу днем после семинара по осветительной технике. Алекс поджидал меня снаружи, возле фонарного столба, невыносимо привлекательный в джинсах и белой футболке. Его глаза были скрыты за «авиаторами», но пристальный взгляд прожигал стекла очков, распаляя мое тело.
