— Гулянки устраиваешь? Моей дочери это надо?
— Помнится, пока была жива ваша жена, вы в своем доме тоже устраивали встречи друзей. Ей это нужно было?"
"— Аврора тебе не жена, — я замечаю, что голоса в кухне резко стихли. Ребята прислушиваются к нашему разговору.
— Штамп в паспорте поставить отнимет пять минут времени, — не говорю ему о том, что мы подали заявление в ЗАГС, и в ближайший месяц, если не сошлет в командировку, устроим небольшое торжество. Сослать он нас может, от него я ожидаю любой подставы.
— Так поставь! — зычным приказным тоном, который так бесит. — Моя дочь не какая-то там… — размахивая руками. Хочется его разок приложить о стену, чтобы херню не нес. Нельзя, Ава на меня обидится. — Разгоняй всех, разговор есть…
— Папа! — вылетает мой маленький боец, кулаки сжаты, глаза зло сверкают. Забываю о своем желании двинуть Каручаеву, его сейчас жалеть придется. Ребята за ее спиной собрались полукругом, готовы наблюдать бой титанов. Их не обманула хрупкая внешность моей девочки.
— В этом доме командовать может только один мужчина, и это не ты! В чужой монастырь со своим уставом не ходят! Эти ребята — наша с Мироном семья, а ты… Ты проявляешь неуважение по отношению к нам и к ним! — машет за спину, не видя, что мои мужики уже готовы присягнуть ей на верность. — Я так ждала тебя, а ты…
А вот это мне совсем не нравится, на ее ресницах заблестели слезы, но мой маленький боец берет себя в руки, чувствует, что я уже стою за ее спиной.
— Хватит, Ава! — все еще рычит, но уже без огонька, а чтобы лицо не потерять.
— Им через две недели в Сирию возвращаться, отпуск заканчивается, — обводит указательным пальцем нашу компанию. — Я, как отец, имею право требовать, чтобы ты ждала его возвращения в качестве жены, а сейчас ты не пойми кто!
— Я его невеста! — Ава злится, тыкает в отца пальцем с кольцом.
— Невесты живут в родительском доме! — Каручаев консервативен. Возможно, в отношении своей дочери я буду мыслить точно так же, поэтому тут к нему претензий быть не может.
— Мы сыграем свадьбу до моего отъезда, — даю слово будущему тестю. Он протягивает мне руку, я ее пожимаю.
— И еще одно, — сурово сводит брови, включает генерала. — Юрка будет служить в твоем отряде, сначала пусть добьет контракт, а потом валит на все четыре стороны! — конфликты в доме так и не утихли. Каручаев не может смириться, что сын похерил карьеру военного. Надеется, что я смогу на него повлиять, а заодно присмотрю.
