Я пошёл за заказчицей, свихнувшейся на почве ревности, встретил прекрасную деву, которую та собралась убить, и увидел в этом шанс. Идалии на дороге не валяются! Если бы я знал, что она уже твоя истинная, поступил бы совершенно по-другому. Хм… честно признаться, до сих пор не понимаю, как ты сумел остановиться. Укради кто у меня истинную… — глаза архонта блеснули золотом, явственно отражая мысли кровожадного вождя пустыни. Его враг — не жилец.
— Я увидел Таю, — скупо ответил Дар. — И приоритеты зверя изменились.
— Ещё раз прошу прощения. — Даэрон протянул правую руку сейш Одо, предлагая забыть вражду.
Дарий с каменным лицом некоторое время рассматривал руку архонта, стиснул челюсти так, что желваки заходили на скулах. Но в итоге принял рукопожатие.
— Только потому, что твоим людям без провизии Кешайна будет худо.
Архонт цокнул языком, возводя глаза к чистому голубому небу.
— А Кешайну без наших золотых рудников.
Мужчины обменялись ухмылками, расслабляясь.
Мы с Сехметом даже как-то синхронно выдохнули от облегчения.
Я была искренне рада, что всё закончилось хорошо. Дар и Даэрон правильно сделали. Они думают в первую очередь о своих людях и землях, а не лелеют свою гордыню.
Караван разбил лагерь.
Мы зашли в шатёр, чтобы снять браслет.
В ходе довольно сложной магической процедуры я узнала, что Элену ждёт суровая кара за нападение на истинную пару дракона. Даэрон поинтересовался судьбой Чуаншу. Сначала Элену ждал «коридор рода», а потом изгнание в Сарис.
— Да сколько можно? — возмутился дракон, спокойно относясь к первой части наказания. Дело в том, что термин «Коридор рода» подразумевал довольно-таки жестокую процедуру. Преступника одевали в исподнее, все члены рода становились в… «ручеёк». Отличие от детской игры было колоссальным в той части, где вместо того, чтобы держаться за руки, драконы держали в руках плётку. С каждым шагом изгнанник, идущий на выход из живого «коридора», получал удар плетью. Чем больше род, тем больше шанс рухнуть где-нибудь посередине от боли.
Одним словом — «жесть». Но таков закон.
Даэрона больше возмущал тот факт, что изгнанника опять выбросят за пределы Дарийской империи, то есть в Сарис.
— Разберёмся, — отмахнулся Сехмет, успокаивая архонта. — Сколько драконов, которых Сарис изменил! И Элена изменится под силой обстоятельств.
— А если нет? — тихо спросила я, потирая освобождённое запястье, когда браслет со стуком упал на пол шатра. Магия освободилась.
