Рано или поздно он просчитается и покажет своё настоящее лицо.
И тогда Коршунов не будет медлить. Заставит лекаря ответить перед лицом закона!
* * *Этим утром Гаврилов заранее предупредил меня, что ему придётся задержаться. Видимо, у моего наставника вышло не самое простое дежурство. Одним пациентом с энцефалитом дело не ограничилось. Значит, сегодня я приму ещё больше пациентов, чем планировал.
Но это к лучшему!
Чем быстрее я начну восприниматься как лекарь, а не как помощник, тем скорее получу новую должность.
Всё-таки изначально я метил далеко не на это место.
Пациентов сегодня оказалось непривычно много. Удивительно, ведь при дворе проживает чуть больше пяти тысяч человек.
Странная получается тенденция. В этом мире все какие-то чересчур больные! Хотя, казалось бы, всё должно быть наоборот. Больше лекарей — меньше болезней. Возможно, существует какая-то обратная закономерность, о которой я пока не знаю?
Я увлёкся этими размышлениями, поскольку в моей прошлой жизни ситуация обстояла несколько иначе.
Как правило, на одного терапевта приходилось примерно две тысячи прикреплённых человек. И коридоры при этом всегда были забиты очередями.
Здесь на одного лекаря общего профиля приходится от ста до пятисот человек. Но картина при этом совершенно не отличается от того, что я видел в другом мире. Людей в коридорах — хоть отбавляй.
А сегодня в клинике ещё и стражников, на удивление, очень много. Может, прошлой ночью что-то случилось? Очередное нападение, из-за которого пострадали сотрудники охраны? Хотя это маловероятно.
Случись такое — об этом бы уже трубили все, кому не лень.
Возможно, в одной из казарм возник очаг вирусной инфекции. Или кишечное отравление.
На протяжение первого часа работы я с любопытством вглядывался в каждого пациента. Не мог понять, прошёл ли через меня тот самый больной, о котором сообщалось в записке. Правда, для меня это не особо важно. Всем своим пациентам я уделяю одинаковое количество внимания. В моём кабинете нет различий в социальный слоях.
Слуга? Солдат? Дворянин?
Нет. Просто пациент. Перед болезнью всё равны.
— Добрый день, Павел Андреевич, — в кабинет вошёл мужчина в форме придворного стражника и встал по стойке смирно. — К вам можно?
— Даже нужно, — улыбнулся я. — Вы по записи?
— Я… по срочной нужде, — уклончиво ответил он, а затем прикрыл за собой дверь. — Искренне прошу прощения за то, что приходится вот так вламываться к вам. Моё имя — Роман Викторович Севастьянов.
