Меня раздирало любопытство, поэтому я решил воспользоваться одним трюком, который пришёл мне в голову сегодня утром.
Раз нейролекарь может улучшать свой слух магическим кристаллом, значит в теории я тоже могу обострить чувства за счёт лекарской магии.
И как только я направил магический поток в свой слуховой анализатор, до меня тут же донёсся голос человека, с которым разговаривал Коршунов.
— Я непонятно выразился? — послышался скрипучий голос дознавателя. — Этот придурок полоумный признался, что солгал вам.
Он вообще ничего не знает кроме своего имени.
— Вот как? — обеспокоенно произнёс Коршунов. — Но всё ведь так идеально совпало. И…
— Только не говорите, что вы уже допрашиваете Булгакова? — перебил его дознаватель.
Долгое молчание собеседник воспринял как положительный ответ.
— Сейчас же прекратите самоуправство, — потребовал он. — Нам потом вместе придётся отчитываться перед руководством. Перестаньте воображать всех вокруг врагами империи.
Дознаватель положил трубку, а Коршунов так и остался стоять в той же позе.
Даже телефон от уха не убрал.
— Кхем-кхем, — прокашлялся я. — Господин Коршунов, мы с вами закончили?
Он медленно развернулся ко мне. Сначала в его глазах было полное недоумение. Отчаяние.
А затем его взгляд изменился. Командир едва скрывал презрение."
"— Идите, господин Булгаков, — произнёс он.
Я кивнул ему на прощание и покинул конференц-зал. Однако усиленный слух всё ещё действовал. И тогда я услышал последнюю фразу, которую Коршунов бросил в пустоту:
— Но мы с вами ещё не закончили.
* * *— Уже всё? Допрос прошёл? — удивился Гаврилов, когда я заявился в его кабинет.
— Никакого допроса не было. Мы с господином Коршуновым просто поговорили по душам, — ответил я. — Ну что, вернёмся к незаконченной теме моего увольнения?
Этот вопрос нужно уладить сразу.
— Тема уже закрыта, Павел Андреевич, — вздохнул Гаврилов. — Не знаю, что вы ещё успели натворить, но заведующий отделением вызывает меня к себе.
Он впервые разговаривал со мной в таком тоне. А ещё он просил захватить вас вместе с собой.
Отлично, мне как раз хотелось встретиться с кем-то из руководства. При трудоустройстве договор я подписывал через отдел кадров. С заведующими и главным лекарем так ни разу и не пересёкся.
— Он объяснил, зачем вызывает нас к себе? — спросил я.
— Нет, Булгаков. Заведующий лишь сказал, что тема разговора меня заинтригует, — помотал головой Гаврилов.
