Если вы и вправду ставили управляющего в известность, очевидно, он заработался и забыл упомянуть о втором замке, — нахмурился Коршунов.
По взгляду командира я сразу понял, что в его голове идёт активный мыслительный процесс. Видимо, он пытается придумать, как оправдать свои действия.
— Вообще-то, Павел Андреевич, ситуация серьёзная, — принялся заливать он. — У меня есть все основания полагать, что на территорию двора проник посторонний. И кто-то укрывает его в своей квартире. Поскольку именно на ваш этаж чаще всего жалуются из-за повышенного шума, я вынужден убедиться, что вы никого не укрываете.
— Большая часть жалоб на шум — это мои жалобы, если уж на то пошло, — с трудом сдержав смешок, ответил я. — Но, как законопослушный гражданин, не вижу ничего страшного в том, чтобы показать вам свою квартиру. Позвольте, я открою.
На деле у него нет никаких оснований на этот осмотр, но в данном случае лучше пойти ему навстречу. Посмотрит, успокоится и, может быть, отстанет. Заодно послежу за его реакцией. Возможно, получится понять, что ему нужно в моём жилище на самом деле.
Про постороннего он выдумал полную чушь. И я сильно сомневаюсь, что речь идёт о Моте. Командир стражи точно не станет заниматься поисками бродячего кота.
Просто Коршунов — параноик. Он из штанов готов выпрыгнуть, чтобы доказать всем окружающим, а в первую очередь — самому себе, что я регулярно нарушаю чуть ли не все законы Российской Империи разом!
Понятия не имею, чего он так на меня взъелся. Дорогу я ему никогда не переходил.
Все наши конфликты возникали на почве его бессмысленных нападок и моей самозащиты. Либо ему кто-то доплачивает за это, либо у командира поехала крыша на фоне личной неприязни ко мне.
Я открыл дверь и позволил командиру войти первым.
— Прошу, Владимир Алексеевич. Чувствуйте себя как дома, — с иронией произнёс я. — Могли бы сразу меня позвать. Избежали бы массу неудобств.
Командир лишь хмыкнул в ответ и принялся внимательно осматривать моё жильё. Пока он разглядывал мою спальню, я аккуратно задвинул чашку Мота под кухонную тумбу.
Объяснять, что я завёл домашнее животное — особенно после того, как в соседней квартире были найдены клочки шерсти — мне точно не хочется.
— Почему у вас форточка открыта? — не зная к чему придраться, спросил он.
— Проветриваю, — пожал плечами я. — Кислород необходим для работы головного мозга. Вам тоже, кстати, советую.
— Вы что, надо мной издеваетесь? — нахмурился он.
— Я имел в виду, что спится в проветренной квартире лучше.
