Только на занятия боксом мама его со мной не пускала, от этого они стали самым любимым времяпрепровождением. Школу прогуливал, в зале зависая до вечера. А когда родителей не стало так и вовсе все вокруг брата завертелось. Со спортом пришлось завязать, потому что денег особых он не приносил. Следующим примером того, что «цветы жизни» зачастую с шипами, стал залёт Серого с Машей. Оба ещё без мозгов, но с ребёнком. Их постоянные ссоры никак не мотивируют клумбу себе заводить. Большая любовь превратилась в нечто поганое, Маша вечно в слезах и брат на взводе или в смятении.
В общем, отцом я быть не стремлюсь. Внутренней потребности в детях не ощущаю. Для утоления потребности чувств отцовских у меня Серега есть, и Руслан.
Во время ужина с внутренней дрожью смотрю на то, как Коля руками пытается урвать кусок торта, который ему как бы нельзя, после вытирая их о скатерть. Ну точно в отца пошёл. Вредитель.
- Не расстраивайся, - бормочет малышка Марьяна, глядя на то, как я хмурюсь. – Он еще маленький, - смотреть без улыбки на нее невозможно.
Сама – то ниже ростом, чем он.
Надо отдать должное, в плане поведения она образцовая. На такую, возможно, и я бы согласен был.
- Мне завтра в десять надо быть в больнице. У нас плановую перенесли с четверга, - наклонившись ко мне Юля произносит.
- Я думал, ты свободна на два дня, - мы с ней видимся очень мало. Предыдущие две недели мне почти каждый день приходилось в отъездах быть. Хороший юрист должен мобильным быть, в рамках одного региона рост не велик.
А Юля и вовсе пропадала в больнице с утра до утра.
- Я вчера на работу к девяти приехала. Задержалась немного, нужно было кое – что сделать. Девочки прикрыли.
- Час? Ты всего на час задержалась. А ты за них смены стоишь, - её тяга к работе порой раздражает.
- С Евгением Павловичем Марина в смену не встанет. Вернее он с ней. Она в прошлый раз нам пожелала хорошей смены, - о Боги! – Ну чего ты смеешься. Примета плохая. А он суеверный. Перчатки надеваем с ним всегда с левой руки, иначе он орёт так, что стены трясутся.
Кстати, сработала. У нас лапароскопия планировалась, а у мужчины несколько язв порвалось на желудке. Кроил его Женя часа три с половиной. Остался с кулачок по итогу, зато целый. Что-то я опять спать хочу, - Юля зевает, утыкаясь лицом, прикрытым ладонью мне в плечо. – Тебе очень идут рубашки белые. Необычно хорош в низ, - чувствую как ее губы целуют, словно ткань их с моей кожей не разделяет.
