Там, среди деревянных одно– и двухэтажных домов, составлявших сто процентов городской застройки, высилось единственное здание, выстроенное из желтого кирпича, ― городской крематорий. Без крематориев в этих краях никак. Даже из освященной земли подчас мертвяки вставали и безобразничали, причем формы неупокоенности были самые разные. Проще оказалось чтить граждан огненным погребением, а заодно, уже в отдельной печи и в отдельном корпусе, поплоше, сжигали все, что можно. Ведь и про неупокоенность у свиней тут тоже не раз слышали: лучше перестраховаться.
Без страховки случалось такое, чего и в дурном сне не привидится. Режут, скажем, свинью на мясо, и режут без ума, не специальным ножом. Сэкономили на убойщике вроде как. И получилось жестокое и беспричинное убийство невинной твари, да еще и без достойного захоронения. Не считать же таковым опаливание щетины? А раз случилось такое, что свинья возьми да и восстань в целях осуществления личной мести, и вполне обоснованной притом, отрасти клыки, как у тигра, и давай резчиков жрать.
Каково, а?"
"Едва я подъехал к воротам частокола, огораживающего крематорий, калитка в них распахнулась и передо мной появился мрачный усатый мужичок лет сорока.
― Чего привез? ― поинтересовался он.
Я показал пальцем себе за спину и сунул ему голубую бумажку с распоряжением. Тот прочитал ее, поморщился как от зубной боли:
― И что? Нам потом за работу кто-нибудь заплатит?
― А я знаю? ― резонно возразил я. ― Подпись видишь? Помощник городского головы Беляков. С него и спрашивай.
У него на любой вопрос завсегда ответ есть.
― С него спросишь! У него ответ есть, верно: «пошел в задницу» у него ответ. А нам опять забесплатно работать.
Уровень эмоций у работника крематория начал повышаться. Есть такой тип людей ― дурак-самовзвод с уклоном в вечный пессимизм.
― Но все же ответ, верно? Ладно, велик труд ― тележку с тушей до печки дотащить, ― урезонил я усача.
― Да много ты понимаешь! ― аж взвился мужик. ― Нам сюда какую только дрянь не привозят, и все, что по команде из управы, ― на халяву.
― Ты кому подчиняешься? ― спросил я мужичка.
― В смысле?
Я явно сбил его с волны, на гребне которой он собирался произнести целую обличительную речь. А мне надо ее слушать, когда этот «бабуин» зубастый у меня за спиной воняет?
― В смысле твоей лавочкой город командует или частный владелец? ― расшифровал я ему свой вопрос.
― Город.
― Тогда выгружай тушу и не гунди. Тоже мне сирота нашелся. Начальство приказало» ― изволь выполнять.
