Но успокаиваю себя тем, что такси «стандарт-класса» — это временная вынужденная мера, максимум — на неделю или две, пока Лекс не подарит мне новую машинку. А потом, когда все снова вернется на круги своя, я буду вспоминать эти дни как опасное приключение.
— А можно притормозить вот здесь? — стучу водителя по плечу, когда понимаю, что он никак не реагирует на мои попытки привлечь его внимание покашливанием.
Вот они — ожидаемые минусы дешевого сервиса. В ВИП-классе меня спрашивали, не хочу ли я подключить свой плейлист, как только я садилась в машину.
— Так тут ехать еще, — недовольно басит водитель. Неприятный тип, выглядит как один из тех мрачных мужчин, которых иногда развешивают на столбах в сводках «Их разыскивает полиция». На всякий случай делаю вид, что сняла его лицо на телефон.
— Высадите меня вот здесь! — настаиваю на своем, тыкая пальцем на парковку около торгового центра.
— Оплата за полный маршрут, — брыкается он.
— Господи, да, только остановись уже!
Естественно, никто не спешит выпрыгивать из машины, чтобы помочь мне выйти.
Но может оно и лучше — мало ли кто, по закону подлости, может увидеть эту немую сцену. Я и так стараюсь максимально замаскироваться от окружающих, чтобы не обращать на себя внимание. Нужно попасть в «Джунгли» как-то максимально незаметно, а внутри останется просто найти и обворожить Лекса — и дело в шляпе. Раз Хасский сказал, что мои дела настолько плохи, то придется идти на крайние меры и даже, наверное, признать себя виноватой.
Но когда я, не сделав и десятка шагов, едва не падаю от того, что каблук застревает в брусчатке, до меня начинает доходить, что идея добираться до клуба два квартала пешком, может быть, мягко говоря, не лучшей в моей жизни.
Ситуация зеркально повторяется еще через пятьдесят пройденных метров, и на этот раз от позорного и, наверняка, болезненного падения меня спасает только идущая прямо на меня парочка.
— Эй, ты что?! — орет возмущенная девица, когда я буквально падаю в объятия его парня. — Руки убрала быстро!
— Привет, — довольно лыбится ее страшненький, как смертный грех, хахаль, и я побыстрее пячусь назад.
Еще не хватало, чтобы его на всю голову отбитая ревнивая баба вцепилась мне в волосы. Не для того я битый час потратила на укладку, чтобы явиться к Лексу с видом человека, не разминувшегося со скоростным поездом.
К счастью, мне удается шмыгнуть в переулок, а оттуда, по навигатору, через дворы и переулки, с горем пополам добираюсь до клуба.
