С чего бы вдруг мне понадобилось съезжать?
— Марат, по-моему, мы не с того начали этот разговор. Давай… ты придешь в себя, мы назначим день и все обсудим."
"Марат снова смеется, на этот раз как-то особенно противно. Ну, может так у него выражается шок? Мне-то какая разница, главное, что я высказала свое намерение и ему ничего не остается, кроме как принять его. А я должна держать себя в руках, не обострять и думать стратегически.
— Я банкрот, Вика.
— Что?
— «Гринтек» стоит … не знаю… — Марат делает пространный жест рукой.
— Меньше, чем один поход в ресторан?
— Ты шутишь? — Никогда не страдала такими театральными приступами слабости, но стоять на ногах становится так тяжело, что на всякий случай присаживаюсь в кресло. — Нет, погоди. Что значит «банкрот»?
— То и значит, дура! И все из-за тебя!
— Я?! Я тут при чем?!
Мамочки, да что он вообще такое несет?! Я ничего во всем этом не понимаю! Я ни разу за все три года не подписала ни одной бумажки! Меня приглашали только на обязательные собрания акционеров, где было ужасно скучно, показывали странные графики с разноцветными кривыми и все, что от меня требовалось — улыбаться и радоваться, как успешно продвигается бизнес, в который я когда-то не испугалась вложить деньги.
Ну, то есть, предполагалось, что вложила, хотя на самом деле получила в подарок вместо помолвочного кольца.
— Если бы я знал, что так будет, — продолжает бубнить Марат, — то избавился бы от тебя еще год назад. А ведь я знал, что Лекс не оставит это просто так. Черт. Проклятье!
Лекс? Божечки, а этот-то тут каким боком?
Почему Лекс? Какого… это имя вдруг дважды всплывает за сегодняшний день, хотя за все эти три года я ни разу о нем не вспомнила?
Или это просто…
— Я поняла! — осеняет меня догадка.
— Ты просто пьян.
Ну конечно. Достаточно посмотреть на вид, в котором Марат сюда заявился.
— Знаешь, тебе нужно показаться хорошему специалисту, пока с этим еще можно что-то сделать. — Хотя лично я отношусь к той трезвомыслящей категории людей, которые твердо убеждены, что бывший алкоголиков, как и бывших бабников и наркоманов — не бывает.
— Извини, но когда ты делал мне предложение, это был взаимовыгодный деловой договор, который устраивал нас обоих. Я нигде не подписывалась под обязательством жить с тобой в нищете и болезни.
— Это потому что ты корыстная тварь.
— Еще одно оскорбление, Марат, и в дополнение к иску о разделе имущества, ты получишь иск об оскорблении чести и достоинства.
— Иск за то, что назвал шлюху — шлюхой.
