Благо что я стояла рядом и успела закинуть его в раковину, залив холодной водой из ведра.
— Не справляюсь, — на следующий день призналась я Янжин, придя к ним на патронаж. — Он меня не воспринимает, от слова «совсем».
— Ну что ты! — озабоченно всплеснула она руками. — Он просто тебя испытывает. С детьми такое бывает приблизительно… раз двадцать на дню.
— Я с ним уже разговаривала на эту тему. Не помогло.
— Если бы всё было так легко. Ему нужно время…
Спорить с этой истиной не приходилось, но я начинала паниковать, словно куда-то опаздывая.
А может быть, элементарно боялась, что не справлюсь.
Сразу же вспоминались лекции и рассказы наших преподавателей по детской педагогике:
— Дети — та же лакмусовая бумага, всегда будут подсвечивать в вас самое потаённое.
Оказалось, это какие-то две совершенно разные вещи — справляться с выходками сторонних детей в садике или больнице и сталкиваться с детским протестом непосредственно лоб в лоб, живя под одной крышей.
Иногда меня охватывал страх, а что было бы, родись наши с Ильёй сыновья? Смогла бы я справиться с ними? Или точно так же потонула бы в своей беспомощности?
Я была настолько на взводе, что даже перестала толком спать по ночам, всё время прокручивая в голове происходящее и ища из него входы-выходы, уговаривая себя продержаться ещё чуть-чуть.
Из кризиса меня неожиданно вывел Боржон, замеченный мной одним прекрасным днём за распутыванием рыбацких сетей. Вокруг него крутились двое его старших детей в компании… Пашки, который всеми силами стремился помочь шаману, впрочем, тот и не возражал.
Долго стояла за околицей и наблюдала за тем, как мальчик безропотно выполнял все мужские указания. Если честно, то открывшаяся картина сильно била по самолюбию — казалось, все в этом мире знают, что делать, кроме меня. Наткнувшись на сочувствующий взгляд Боржона, словно прекрасно догадывающегося о моих мыслях, я гордо вздёрнула подбородок и поспешила ретироваться. Зато уже к вечеру, произведя самый настоящий мозговой штурм, пришла к одному примечательному открытию: Пашка со мной скучал.
И не только по Юле. Мои воспитательские способности свелись в примитивному накормить, одеть, проследить, чтобы шею себе не свернул. А он, как любой другой ребёнок, нуждался во внимании. И если сельские дети развлекали себя сами, сбиваясь в небольшие стайки и находя себе очередные бесхитростные увлечения, то Паша, в силу своих особенностей, старался держаться в стороне.
Короче, ситуацию нужно было срочно брать в свои руки.
