***
Спустя годы после той нелепой встречи у меня в голове всё ещё не укладывалось, где были мои мозги, когда я согласилась пойти на чужую квартиру с двумя совершенно незнакомыми мне парнями. Муки совести за подбитый глаз, приправленные ощущением попранной гордости из-за стычки с Дерзким, неожиданно образовали ядерную смесь. Не знаю, что я хотела ему доказать: что ничего не боюсь или же что могу быть хорошим врачом. А может быть, всё дело было в Нечаевской наглости, которая попросту обескураживала?
Жили они недалеко от моего общежития в старенькой пятиэтажке, из которой уже потихоньку начинали вываливаться кирпичи.
Квартира была съёмной, тесной, но на удивление чистой. Тесная прихожая, кухня размером с почтовую марку и скромная комната с пожелтевшими от времени обоями и минимумом мебели.
— Мы тут временно, — отчего-то смутился Костя, который даже успел проморгаться по дороге.
Я была напряжена, но отнюдь не из-за скромности обстановки.
— Всё нормально.
Пока Илья бегал в аптеку, я ещё раз осмотрела подбитый глаз.
Пациент хоть и щурился сильно, в целом выглядел молодцом.
— Видишь что-нибудь?
— Плохо и с… мушками.
— Нужно обратиться в больницу, — стушевалась я. — На первый взгляд всё в порядке, но я не офтальмолог, да и… вообще, в таких ситуациях порой нужно специальное оборудование.
— Никуда я не поеду, — отмахнулся Костя. — Можно подумать, что впервые в глаз получил.
— Тогда тем более…
— Ну уж дудки. Ты порывалась меня лечить, вот и лечи.
Наверное, всё же не зря он дружил с Ильёй, занимать наглости обоим не приходилось.
В древнем холодильнике «Бирюса» нашёлся пакет замороженных пельменей, который я и использовала в качестве холодного компресса, завернув его в чистое кухонное полотенце.
Выдав короткий инструктаж, как правильно прикладывать «холод», я замолкла, едва не забившись в противоположный от Кости угол дивана. Не то чтобы я его боялась, но было неловко. Чинно сложив руки на коленях и выпрямив спину, словно линейку проглотила, я гипнотизировала советский ковёр с замысловатым узором.
Козырев тоже молчал, явно не зная, о чём говорить.
И лишь минут пять спустя, когда оба уже были готовы взвыть от обоюдного ощущения неловкости, Костя вдруг попросил:
— Ты только не подумай, что мы алкаши какие. Просто… Илья недавно из армии дембельнулся и…
— … и празднования затянулись, — продолжила я за него.
— Да нет, просто вечер такой. Расслабиться захотелось.
— Расслабились?
Ответить он не успел — под оборотами ключа заскрежетал замок.
