Решили, что злопыхатель, хорошего человека сдает. Гомула – примерный семьянин, опять же в совхозе трудится, что по нашим временам практически подвиг. Последили несколько дней за домом, не заметили ничего подозрительного, решили не тратить время и ресурсы на пустышку, когда кругом столько реальной работы. А вон как вышло, не наврал ханурик. Леха, я почти уверен, что он к Гомуле пошел. Хочет отсидеться, раны зализать.
– Пошли! Давай быстро!
– Чтобы не передумать? – спросил Березин.
Четыре тени скользнули по проулку, рассредоточились у дома.
Собака во дворе, похоже, отсутствовала. Это косвенное подтверждение теории Березина. Пес лает, когда приходят посторонние, привлекает внимание соседей.
Алексей припал к щели в заборе. Лунный свет озарял участок. На нем стояла обычная мазанка. Четырехскатная соломенная кровля, труба дымохода в центре крыши, ставни, запертые изнутри. Подобные хаты, как правило, делятся сенями на жилую и хозяйственную половины. За домом просматривались плетневые сараи, колодец.
– Ребята, отрывайте доски, – прошипел Березин.
– Зайдем на участок, Окульченко – контролируешь окна и задний двор, Григорьев – осмотреть сараи. Да поглядывай, под пули не лезь. Вперед, мужики!
Скрипели доски, выдираемые из продольной балки. Люди по одному пролезли внутрь и растеклись по участку. Алексей бросился к крыльцу, Березин за ним. В доме уже тревожно бубнили люди, охала женщина.
Алексей машинально ушел за косяк и забарабанил в дверь. В сенях кто-то топтался, упало и покатилось ведро.
– Елизар Гомула, открывайте! – гаркнул Березин. – Мы знаем, что вы дома! Комиссариат государственной безопасности!
Дверь чуть отошла от косяка. Алексей ворвался внутрь и отбросил в сторону хозяина дома, грузноватого плешивого мужчину в исподнем. Тот еще толком не проснулся, тер воспаленные глаза.
– Вы что же делаете, люди добрые? – хрипло выводил дядька.
– Заткнись, Елизар, – проворчал Березин, входя в сени следом за Алексеем. – Что надо, то и делаем.
Алексей ударил по выключателю в сенях.
В комнате загорелась тусклая лампочка.
Капитан влетел туда и завертелся. Сервант, зеркало, сундук-скрыня, стол с чистой скатертью и пустой вазочкой. Кушетка, застеленная одеялом, сшитым из лоскутков. Иконостас в красном углу.
Дверь в спальню чуть приоткрыта. Если оттуда будут стрелять, то сразу, прямо сейчас. Он ушел с линии огня, ворвался внутрь. Вылетела из кровати женщина в длинной сорочке с растрепанными волосами, закрылась байковым одеялом, завизжала.
