Разве не ты учила меня слушаться мужчину?
Маме явно не по душе то, что я говорю. Но я и правда не знаю, как правильно поступить. С одной стороны, мне не хочется наедине оставаться с Таиром. Хотя если будут родные Салманова, то уже подразумевается, что будем не одни. Правда, мне непонятно, почему нельзя приехать с мамой.
— Поговорю с Хасаном, — бормочет она, прежде чем уйти к себе.
Я готовлюсь к очередному скандалу. Мне, конечно, не хочется, чтобы родители ссорились между собой или с Таиром. Но похоже, что этого не избежать.
Однако ни на следующий день, ни через — ничего не происходит. Напротив, мама приносит мне каталоги с платьями, которые нам прислала Ярослава. Мы выбираем несколько моделей, и их привозят прямо к нам домой.
Я подозреваю, кто насчет этого постарался, и бесконечно благодарна Салманову, что мне не придется в другом салоне видеть эти сочувствующие или любопытные взгляды от сотрудниц салона.
Платье мы, естественно, выбираем шикарное. Как по мне — можно было выбрать и вариант поскромнее.
Но мама не дает мне сэкономить, когда замечает, какое именно мне больше нравится.
В итоге к свадьбе в плане образа я почти готова. Так что в день, когда Таир звонит и напоминает мне о встрече, я нахожусь в приподнятом настроении. Пусть я не желала еще одной свадьбы. Пусть не понимала этой спешки и лишь покорно приняла свою судьбу, все — таки примерка платья и аксессуаров не смогла оставить меня равнодушной.
Потому я радуюсь и новой встрече с женихом. Но стоит мне сесть в такси, которое приезжает за мной, как я замираю — за рулем сидит тот самый знакомый Таира, который был в том номере.
Арман.
Я даже не раздумываю — дергаю ручку двери, но та уже оказывается закрыта.
Все, я оказываюсь в ловушке.
— 16 Аиша —"
"Паника накрывает меня, словно цунами. Я задыхаюсь, продолжаю дергать ручку двери, не слыша то, что говорит мужчина.
Я будто снова оказываюсь в том номере, где все происходило. Арман хватает меня за плечо. Я кричу, пытаюсь от него отбрыкаться, и в итоге получаю пощечину.
Несильную. Но это остужает мою истерику.
Ошарашенно смотрю на мужчину. Меня никто никогда не бил. Лишь однажды отчим едва не переступил эту черту — в тот день, когда меня опозорил Арсен. Но и тогда сдержался.
А сейчас…
— Успокоилась? — рявкает Арман.
— Д — да…
— Вот и хорошо. Не хватало еще, чтобы Таир мне потом предъявы выкатывал. Черт, говорил же, что дебильная идея.
— К — какая?
— Ехать за тобой, — фыркает он, отворачиваясь.
