Конечно, договорные браки заключаются, в том числе и для взаимной выгоды. Я это понимаю. Однако я все — таки надеялась, что мой будущий муж будет тем, кого я смогу полюбить.
— И этот партнер согласился жениться на Аише?
— Согласился, — кивает отчим.
— А сколько ему лет? И… И чем он занимается?
— Наима, я не понял — ты не доверяешь моему выбору? — вкрадчиво спрашивает он.
Мама бледнеет, отводит взгляд.
— Ты знаешь, что я всегда старалась быть тебе хорошей женой. Но выдавать дочь за не пойми кого я не позволю. После того, что случилось, она уязвима.
Понимаю, ты хочешь прикрыть позор и…
— И что? — рявкает дядя Хасан, стукнув кулаком по столу. — Разве я дал повод сомневаться в своем отношении к вам?
Он переводит на меня злой взгляд, и я тут же мотаю головой."
"— Считаешь, я бы отдал нашу, — он выделяет последнее слово, — дочь кому попало?
Мама вопреки привычному сценарию не извиняется и не отступает.
— Можешь злиться на меня, можешь ругать и наказать. Но я знаю, как уязвима может быть жена в доме мужа.
Впервые я слышу, как звенят в ее голосе злость и решимость. Отчим мрачнеет, словно понимает, о чем речь.
— Ты мужчина, ты мой муж. И я всегда шла за тобой без лишних вопросов. Но сейчас ситуация иная. И я имею право знать, кого ты выбрал в мужья для Аиши.
Повисает крайне тяжело молчание. Я не знаю, что будет дальше — мама с мужем редко ругались. Да что там — я даже не вспомню, когда это было в последний раз. Она очень ловко и умело всегда решала разногласия. По — женски мягко, как она говорила.
Но сейчас ситуация явно выходит из — под контроля. И мне хочется, чтобы мы просто уже перестали это обсуждать — как бы мне ни было интересов узнать побольше о женихе, я не хочу, чтобы родители ругались. Однако то, что я слышу дальше, оказывается куда большим ударом, чем сама новость о новой свадьбе.
— Что ж, справедливо, — произносит отчим. — Таир увез Аишу в тот злополучный день из отеля. Это с ним на записи она была. И это он привез ее домой тем вечером. Наша дочь выйдет замуж за того, кто ее опозорил.
— 9 Аиша —
Даже захоти я возмутиться или отказаться от такого, не смогла бы. Попросту не произнесла бы ни слова.
Тот самый, кто увез…
Я до сих пор лишь урывками могу вспомнить тот вечер. И когда на свадьбе Арсен продемонстрировал всем запись, даже не поверила, что со стороны все выглядело именно так. Ведь я не помню, чтобы этот самый Салманов нес меня на руках. Но видимо, так и было — очнулась я уже у него в машине. Испуганная, дрожащая.
