Владимир называет дату, а я понимаю, что это был тот самый день…
Пока я медленно раскладываю новые факты в голове, партнер то и дело косится в сторону Полины.
Нужно собраться и решить, как поступить дальше.
— Надеюсь, теперь ты не станешь мне мешать? — уточняю на всякий случай. Володя явно не в восторге, но в ответ все же мотает головой. Уже хорошо.
Врач как раз заканчивает осмотр, и мы оба возвращаемся к Полине. Та растерянно смотрит то на Емельянова, то на меня.
— Алин… — начинает тот, но тут же осекается.
— В общем, вы с Назаром… были знакомы. Ты его не помнишь, но он твой бывший муж.
Она затравленно смотрит на меня, причем в ее взгляде мелькает что-то такое, что я даже слов не могу подобрать. Кажется, в этот момент я готов был бы ей простить ей все. Если бы не Платон…
— Это правда? — робко спрашивает она у меня.
— Правда.
— А давно мы расстались?
— Больше года. В любом случае я смогу тебе помочь. Так что сейчас мы поедем ко мне.
Поля неуверенно кивает, и вроде бы все хорошо, разобрались, но…
— Пап, она, что, уедет? — испуганно говорит мальчик.
А затем прижимается к бывшей. — Алина! Не бросай нас! Ты обещала!
— Миша, послушай… — Емельянов пытается поговорить с тем, но ребёнок начинает рычать.
Полина обнимает его и сама едва не плачет. И с каким-то укором смотрит на меня. Возможно, мне должно быть стыдно или неловко. Да только ничего подобного! Потому что дома меня ждет Платон. Нас ждет! И в первую очередь у Полины обязательства перед своим ребёнком!
— Пожалуйста, Миша…
— Нет! Не уходи!
— Давай договоримся, что я приеду к тебе в гости? И мы обязательно погуляем вместе.
Мальчик упрямится, словно привык получать все и сразу. Чем дальше все заходит, тем больше хмурится Владимир. А Полина так вообще в итоге сдаётся.
— Может, я приеду завтра? — с надеждой спрашивает она. — Один день ничего ведь не решит…
Чувствую себя козлом каким-то, да. Но в итоге все же рявкаю:
— Никаких завтра! Собирайся, поехали, — вижу, что Емельянов уже собирается поспорить со мной, но, кажется, планку у меня срывает окончательно, раз вместо того, чтобы договориться спокойно, я повышаю голос: — Твоя семья тебя потеряла.
Или на них можно забить ради капризов малознакомого ребёнка?
Бывшая замирает под моим злым взглядом. Спаситель ее, к счастью, тоже молчит. И только Миша продолжает ныть и канючить.
— Ладно, ты прав, — сдавленно говорит Поля. Виновато смотрит на мальчика, обнимает его и что-то шепчет на ухо.
