Откуда я знаю, как бывает иначе?
Стоит пошевелиться, как голова тут же кружится, и я вынуждена лечь обратно.
Но не успеваю даже дыхание перевести для новой попытки встать, как громко шваркает дверь, и в палату входит мужчина в белом халате. Очевидно, врач.
— Уже очнулись! — замечает он, подходя ближе. — Отлично. Давайте знакомиться. Меня зовут Игнат Иванович. Буду вас наблюдать и лечить.
Медленно киваю и под его вопросительным взглядом уже открываю рот, чтобы ответить, но…
— Имя свое скажете? Документов при вас никаких не нашли.
А я только беспомощно смотрю, и от понимания, что не могу ответить даже на такой простейший вопрос, начинаю задыхаться.
— Так, тише! — командует врач и быстро зовет медсестру. Та что-то колет мне, и я снова отключаюсь.
Следующее пробуждение оказывается менее болезненным. В палате я по-прежнему одна. Но теперь на тумбе рядом замечаю небольшой пакет, в котором угадываются… апельсины?
Попытка сесть в этот раз проходит куда легче. Меня все еще пошатывает, но, по крайней мере, нет сводящей с ума боли.
До двери выходит добраться с трудом, но мне необходимо понять, где я. Увидеть хоть что-то, кроме этих четырех стен. В голове свербит мысль, что мне здесь не место, что я должна куда-то спешить. Но при попытке сосредоточиться на этом, начинает раскалываться голова.
В коридоре немноголюдно. Поодаль замечаю сестринский пост. Две молодые девушки сидят там и о чем-то шепчутся, хихикают. Мимо меня проходит несколько пациентов, окидывающих меня безразличным взглядом.
Что я переоценила свои силы, становится ясно уже через пару шагов.
Ноги дрожат, и я едва не сползаю на пол.
— Что ж вы встали-то! — раздается строгий голос, и меня тут же подхватывают под мышки и отводят обратно в палату.
Это оказывается тот самый доктор.
— Зачем встали?
— Мне… Мне надо…
— Что надо? Позвали бы медсестру, если в туалет захотели.
Я смущаюсь под его неодобрительным взглядом и мотаю головой.
— Где я?
Он тяжело вздыхает и поправляет мне одеяло.
— Имя, я так понимаю, не вспомнили?
— Нет.
Как я здесь оказалась?
— На скорой привезли. Вы упали с лестницы. Точнее, с эскалатора. У вас черепно-мозговая травма, которая по-видимому и привела к потере памяти.
— Это навсегда? — ужасаюсь я.
— Не обязательно. Такое бывает. Но все может вернуться.
— И каковы шансы? — уныло спрашиваю я. Врач же многозначительно молчит.
— А как я оказалась в торговом центре?
— Это уж вам лучше знать.
Тут мой взгляд падает на пакет на тумбу, который замечает и Игнат Иванович.
