— Ты знала про их свадьбу?
— Твоя мама предположила что-то такое, — сознаюсь, усмехаясь. — Она у тебя очень проницательная и мудрая женщина. Видимо, Ева проболталась и сама не заметила как.
— Да, сестра может.
— Никас выглядит таким счастливым…
— Полин…
— Нет, погоди. Я ведь наверняка не рассказала тебе про Платона по веским причинам. Я верю в это. Но знаешь, я бы очень хотела вот точно так же сообщить тебе, что у нас… — голос срывается, и я замолкаю, не договорив. Потому что слезы душат.
— Не думай об этом.
У нас еще вся жизнь впереди. — Я растерянно смотрю на Адамиди. — Что? Я хочу еще детей. А ты?
— Не знаю, я не думала об этом.
— Тогда есть возможность подумать, — хитро улыбается бывший и нависает надо мной. — И не только подумать, но и поработать над этим вопросом.
— Погоди, но так же нельзя…
Договорить мне не удается — Назар всячески пресекают любую попытку вывести на разговор. И не сказать, что я так уж прямо против…
А утро начинает с хныканья Платона. Подрываюсь на плач, но тут же чувствую, как меня возвращают обратно.
— Лежи, я сам.
Назар уходит, а вскоре возвращается уже с сыном. Укладывает того между нами на кровать, и в этот момент во мне расцветает такая нежность. Кажется, это самый счастливый миг, и хочется, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Когда в мире есть только мы втроем. Мы и наш ребенок. Наше продолжение.
Но, к сожалению, нельзя спрятаться и просидеть здесь всю жизнь. Приходится возвращаться в реальность.
Аврора соглашается посидеть с Платоном, так что на встречу с Владимиром и Мишей мы едем вдвоем.
Я, признаться, немного волнуюсь. Во-первых, мне нужно будет как-то объясниться с ребенком. А во-вторых, и с самим Володей. Я не хочу сталкивать его с мужем. И мне предстоит как-то дать понять, что между нами ничего не может быть. Что я свой выбор сделала.
Приезжаем мы в парк. Машина с охраной сопровождает нас от самого дома. И после того как Назар рассказал мне более подробно то, что узнал про этого самого Ржевцева, я совершенно не против дополнительных мер безопасности.
Миша с отцом уже на месте, ждут нас. Малыш, не дожидаясь, когда мы подойдем поближе, срывается с места и бежит ко мне.
— Алина! — подхватываю того на руки, краем глаза замечаю недовольство Назара. Он, конечно, сдерживается, но я-то вижу.
— Полина, Миш. Меня зовут Полина.
— Точно!
— Здравствуй, — говорит Емельянов, подходя к нам. Протягивает руку Адамиди, и тот без особого энтузиазма пожимает ее.
— Здравствуй, — говорю в ответ.
