Поль, кто нам угрожает? Они пообещали, что в следующий раз сожгут нашу квартиру-у-у…
Вася заливается слезами, а я…
Господи, как же теперь жить? Что если эти подонки воплотят в жизнь свою угрозу?..
Мне становится очень страшно…
Нет, так нельзя, такими темпами можно и свихнуться от страха. Беру себя в руки.
— Так, не реви, Вась. Давай, умойся хорошенько, и идем покушаем.
Вася громко шмыгает покрасневшим носом и, отдав мне малышку, уходит в ванную комнату.
Лихорадочно соображаю, как быть дальше."
"Написать на них заявление, что ли? На этих упоротых вымогателей, которые спят и видят, как бы прибрать к рукам папину квартиру, а нас, по всей видимости, хотят просто вышвырнуть на улицу.
Ни за что! Я не дам им этого сделать!
Завтра же пойду в полицию и напишу заявление. Основание есть — записка и фото разбитого окна.
До последнего тянула с этой процедурой, но больше нельзя — в ход пошли не только телефонные угрозы.
А тянула я только потому, что не хотела, чтобы доброе имя отца было осквернено такими вот всплывшими историями из прошлого.
Вдруг бы его коллеги узнали?
Теперь я даже не уверена, что эти долги — не развод тех, кто решил отыграться на нас в отместку отцу.
— Поль, а можно я завтра в школу пойду? — Вася мнется у порога кухни.
В уголках ее светло-карих глаз все еще блестят слезы.
Смотрю на нее и вижу себя. Разве что Васька ростом пониже, но все остальное — один в один.
Худенькая, чуть угловатая, еще не оформилась до конца как девушка. П из-за нашей фирменной, пышной шевелюры выглядит как одуванчик.
— Я спрошу у Милы Захаровны, она говорила, что со следующей недели, но думаю, против не будет, если начнешь пораньше.
Я более чем уверена, что это рвение к учебе вызвано нежеланием оставаться здесь, в квартире. Да и Вася у меня девочка старательная, умная, ей лучшая пища — это знания.
— Испугался, птенчик? — протягиваю руку к сестре и привлекаю к себе, мягко обняв за плечи.
— Очень.
— Ладно, не боись. Придумаем что-нибудь.
— Поль… может, съедем отсюда?
— Куда, малыш? У нас денег-то нет, чтобы снять.
— Я могу на работу устроиться…
— Нет. Это даже не обсуждается.
Ишь чего удумала! Первым делом — самолеты, а работа — не волк.
— Тебе сейчас нужно думать о поступлении, остальное я беру на себя.
Говорю это и чувствую себя супервуман. Ну та, что в леггинсах и в горящую избу войдёт и коня на скаку остановит.
Вася тяжко вздыхает, но не упрямится. И на том спасибо.
