Никогда – ни раньше, ни потом – Гарри не встречал женщину, которая получала бы такое наслаждение от соития с ним.
– Это довольно деликатный вопрос.
– Вот как?
У нее, должно быть, были любовники. Женщина с таким зовом плоти явно не годится в монахини. И все же…
Но как ей было обзавестись любовниками? На Пен лежала ответственность за воспитание Гарриет – долг, выполнение которого, как он убедился, она воспринимала серьезнее всего в жизни. Пен уже много лет жила в приюте. Гарри – сам мужчина не робкого десятка, не отважился бы с плотскими намерениями переступить порог этой управляемой женщинами обители.
И если уже без малого десять лет миновало с тех пор, как Пен в последний раз была близка с мужчиной, то, вероятно, сейчас она должна просто обезуметь от неудовлетворенного желания. И с его стороны будет актом истинного человеколюбия попытаться удовлетворить это желание."
"Гарри чувствовал, что до сих пор привлекает Пен. В чем в чем, но в этом он ни на йоту не сомневался. Как и в том, что она позволила бы ему поцеловать ее в хмельнике, если бы не появилась Гарриет.
Гарри понял это по ее глазам. Он хорошо помнил этот ее взгляд тем летом в Дэрроу. А когда Пен, споткнувшись, едва устояла на ногах и Гарри поймал ее, она ведь не оттолкнула его, а на несколько мгновений замерла, щекой прижавшись к его груди.
Но куда красноречивее был момент, когда Гарри попросил у нее мясной пирог. Ее взгляд пылал самой настоящей страстью. Он был рядом и не мог этого не заметить… Гарри услышал ее вдруг участившееся дыхание, как тогда, когда она, семнадцатилетняя, лежала под ним, содрогаясь от приближающегося пика наслаждения.
Если бы не Гарриет, он, конечно же, поцеловал Пен, повалил бы ее на скатерть, вошел в нее так, чтобы тела их слились в единое и неразделимое целое.
От этих воспоминаний детородный орган Гарри окаменел так, что мешал ходьбе.
– Вот. – Пен закусила губу. – Я, э…
Это уже становилось любопытным. Что же она собралась с ним обсудить?
Тут подбежала Гарриет.
– Можно я побуду с тобой до вечера, папа?
Что бы там ни надумала обсудить с ним Пен, сейчас, с появлением дочери, было уже невозможно.
– Да, конечно. – Стоп! Не он один это решает! – Если мама будет не против. Мне бы не хотелось отвлекать тебя от твоих важных дел и уроков.
Гарриет повернулась к Пен.
– Можно, мама? – Девочка нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. – Папа ведь приехал совсем ненадолго. Всего на несколько дней.
Гарри будто кулаком в живот ударили.
