Правда, она поступила умнее и к мистеру Сандерсу не пошла. – Пен улыбнулась и самым невинным тоном закончила: – Она просто уколола палец – и простыни были в крови. Учтите на будущее.
Пен, скажем так, почувствовала довольную усмешку Гарри, потому что он обнял ее и крепко прижался к ее спине.
– Господи, Пен, я тебя люблю, – перебирая ее волосы, прямо в ухо пробормотал Гарри.
Пен расплылась в улыбке. Возможно, его мать была права, Гарри и впрямь сделает ей предложение… как только избавится от докучливой леди Сьюзен.
Та насупилась и только открывала и закрывала рот как рыба.
– Все-таки вам следует одеться, – сказала Пен. – Негоже стоять посреди комнаты в чем мать родила.
– О! – едва не заорала леди Сьюзен. – Ты… Ты!..
Господи! Чего доброго, у нее случится апоплексический припадок прямо на глазах Пен и Гарри.
Злорадство сменилось в душе Пен неподдельной тревогой и… чувством вины.
«Мне не следовало с ней так жестко».
– Ты – шлюха!
«Или все-таки следовало?»
– Ты – подлая шалава! – брызжа слюной, вопила леди Сьюзен.
– Ты недостойна за мной ночной горшок выносить.
Пен услышала… Почувствовала, как Гарри зарычал.
Она погладила его голую руку, чтобы его успокоить. К удивлению, оскорбления леди Сьюзен ее не обидели. Может, потому, что она чувствовала, как к ее спине прижималось обнаженное тело Гарри.
Если это соревнование, то Пен его, несомненно, выиграла.
– Никто в Лондоне тебя не примет. Высшее общество от тебя отвернется.
Захлопнет перед твоим носом двери. Ты станешь всеобщим посмешищем.
– Пен, – твердым голосом произнес Гарри, – не обращай внимания на оскорбления этой женщины.
– Конечно, – едва слышно проговорила Пен, – но пока она орет, бессмысленно ее прерывать, пусть выкричится.
Пен погладила обнаженное предплечье Гарри.
– Можно было бы уйти, но ты раздет.
Она снова почувствовала, как он усмехнулся.
– Верно.
Леди Сьюзен перешла на визг:
– От тебя отвернутся даже его мать и невестка! Они хотят, чтобы он женился на мне.
Ты слышишь? На мне!
– Они тебя слышат, как и все в округе, – раздался голос от двери."
"– Летиция? – хором произнесли Пен и Гарри.
Гарри смутился – Пен заслонила его и от невестки, и от леди Сьюзен.
Летиция вошла, аккуратно закрыла за собой дверь и отвернулась, не глядя ни на кого в комнате.
– Простите, – сказала она. – Я стучала, но меня никто не услышал.
