Вспомнив об этом, Пен улыбнулась. То лето с Гарри было чудесным, лучшим из всего, что случилось в ее жизни, не считая рождения Гарриет. Никогда прежде да и потом она не чувствовала себя такой живой, такой настоящей. Каждое ощущение, каждый запах, каждое прикосновение были так пронзительны: ярче и слаще, чем когда-либо еще в ее жизни. День не тянулся за днем, она не уповала на будущее, а жила настоящим, упивалась каждым мгновением, запоминала каждое мгновение, чтобы лелеять в памяти, когда уйдет Гарри.
То, что он уйдет, Пен знала всегда.
"
"А потом у нее появилась Гарриет, и как ни трудно быть матерью без мужа, она ни разу об этом не пожалела и не захотела избавиться от дочери. Гарриет была живой частичкой Гарри и сокровищем сама по себе.
Сокровищем, которое порой сводит с ума.
Пен отчаянно хотела броситься на поиски дочери, но знала, что сейчас разговоры с ней ни к чему хорошему не приведут. На самом деле только все осложнят. Надо дать Гарриет возможность все обдумать самой. Она придет к Пен, когда будет готова.
Пен смахнула капельку пота с кончика носа, и ей в голову пришла еще одна тревожная мысль.
«Неужели Гарриет права? Неужели Годфри, дойди до него слухи, решит, что я шлюха, и умоет руки?»
Нечто, подозрительно похожее на панику, сжало грудь.
Нет, конечно нет! Она постарается, чтобы ее настоящая история пока до него не дошла, а если возможно, то и никогда.
Входя во двор приюта, Пен снова посмотрела на часы. Через некоторое время она спустится к пабу «Танцующая Утка» и перехватит Годфри, когда он направится домой после обильной воскресной трапезы.
Может, удастся заставить его сделать ей предложение сегодня.
– Пен!
Она оглянулась и увидела Каро, шедшую за ней из пивоварни.
– Тебя хотела видеть Джо.
– Отлично.
У Пен еще было время до разговора с Годфри. Встреча с Джо позволит ей еще раз упомянуть о травле, которую Верити развернула против Гарриет – сцену в церкви вряд ли кто-то не заметил.
– С хмелем все в порядке? – проходя через двор, озабоченно спросила Каро.
– В порядке.
Ты ведь сама знаешь. Я видела, как ты выходила из хмельника. Сосчитала каждое соплодие?
Каро засмеялась:
– Пыталась, но их столько, что не сосчитать. Однако слышала, как ты бормотала о жуках и болезнях. Мы еще можем потерять урожай?
– Да. Какой смысл скрывать?
Каро прекрасно знает, что в крестьянском труде гарантий нет. Этому ее научили два последних непредсказуемых холодных лета. Но даже элементарная гроза в неподходящий момент может стоить всего урожая.
