А сейчас ты мне расскажешь всё. От начала и до конца. Это ведь ты отправила то видео в блог Милены?
О, Лида была к этому готова. И ещё к миллиону других вещей, если бы они помогли ей вытащить самое дорогое с того света.
– Да, я. И да, я сделала это для того, чтобы ты хотя бы начал что-то предпринимать!
Она не сдержалась, хотя обещала себе быть спокойной и рассудительной. Закрыла глаза, досчитала до десяти. Продолжила тихо:
– Ты должен тоже делать хоть что-то, Арс. Ярослав и Вова – они живы и здоровы. А Ника на краю могилы.
Я сдохну, если её не станет.
– Лида, я и так пошёл на всё… на всё ради дочери, пойми.
Он сделал рваный вдох и заговорил. Быстро, надсадно, почти не вдыхая кислорода:
– Я потерял Милену. Я потерял сыновей. Я езжу в полицию, чтобы они разобрались в том, что ты творишь на странице моей жены и Ярика с Вовкой. Я перевожу на счёт клиники последнее. Я иду на рискованные сделки, чтобы заработать бабла… Но то, что ты от меня требуешь… Это невозможно, Лида. Я не стану рисковать своими детьми, даже если это спасёт Нику.
Слышишь? Не стану!
Арс с силой саданул кулаком по стене. Лида видела – Курилов доведён до грани. Но и она сама была на той же самой грани. С тех самых пор, как врач объявил диагноз Вероники. В тот момент Лида поклялась сама себе – она перевернёт с ног на голову весь мир, но её дочь будет жить. Даже если для этого придётся идти на самые крайние меры.
– Тогда у меня есть предложение, Курилов, – сказала Лида, зная, что идёт ва-банк.
Она ведь уже обдумывала то, что собиралась озвучить далее.
Обдумывала и знала – в этом случае ей действительно придётся пойти на крайние меры. Потому что спасая ребёнка, который был нужен только ей, она взвалит на себя непосильную ношу.
– Что за предложение? – не без опаски уточнил Арс.
– Я даже близко не подойду ни к твоим мальчишкам, ни к Милене, если ты мне кое-что пообещаешь.
Она смотрела на Курилова, делая судорожный вдох. Знала, что проиграла заранее, потому что могла лишь усложнить жизнь Арсению и его семье, но на этом всё.
А действовать было необходимо здесь и сейчас. И как можно скорее.
– Что пообещаю, Лид? – выдавил из себя Курилов, и она решилась:
– Мы можем с тобой заключить письменный договор. Я готова буду отразить в нём все условия, которые мне выставишь. В обмен прошу лишь сделать донора для Ники. Я выношу его. Рожу и у него возьмут стволовые клетки. Я говорила с врачом – это может дать нашей дочери отличные шансы на жизнь. А мы с тобой больше не будем видеться.
