– За что?
– Знает он за что, – продолжил возмущаться Лыков. – Такую свинью подсунул…
Супруга решительно поставила поднос перед гостем:
– Я его не снимаю. Угощайтесь, Виктор Рейнгольдович. С мясом, тушенным в прованских травах. Только что сготовлен.
– Спасибо, Ольга Дмитриевна. Вы много добрее вашего мужа…"
"Посмотрев внимательно на супруга, Ольга удалилась. Разговор продолжился, и уже в более спокойных тонах. Таубе сознался, что все было не совсем так, как он сообщил. Просто разведчик очень хотел бы получить сыщика себе в помощники – по линии МВД.
И действительно назвал императору его фамилию. Тот изрек, что помнит Лыкова и считает, что тот справится. Мол, опытный, ответственный…
– Ловишь же ты шпионов! И удачно, надо признать. Ну, станешь выслеживать агитаторов-пораженцев. Потом, это верный способ стать наконец действительным статским советником. Засиделся ты в пятом классе Табели о рангах, как второгодник в гимназии.
Однако Алексей Николаевич был категоричен:
– Вот ты генерал, и что? Сильно влияешь на решения высших инстанций?
– Не очень.
– Ага! Павел с риском для жизни доставил в Ставку известие, где и когда германцы начнут весеннее наступление. Кто-нибудь принял это во внимание?
Разведчик совсем скис – история с игнорированием предупреждения от Буффаленка и его в свое время взбесила.
– Не сыпь соль на рану. Я лично телеграфировал командующему Юго-Западным фронтом, что надо ждать удара в Буковине. И не только от Федора, мы знали о готовящемся наступлении и из других источников.
Предупреждали, указывали… Но Николай Иудович[124] наплевал на все это. Даже когда началась атака, он держал резервы у Черновцов. В итоге откатились чуть не до Киева.
– Виктор, наша страна летит в пропасть, вряд ли нам с тобой удастся ее остановить, – с горечью заговорил Лыков. – Слишком много желающих ее туда столкнуть. Человек, с которым ты общался два дня назад, первый приложил к этому руку. Я не хочу ему услуживать…
– Служить, а не услуживать, – поправил генерал-майор.
– Получается, что услуживать.
Когда меня сажали в Литовский замок, царь пальцем о палец не ударил. Ты знаешь: я вышел из тюрьмы уже не монархистом. Теперь Лыков ему понадобился. Когда петух клюнул в одно место. Он меня помнит… Скажите, какая честь! А пошел он…
Сыщик выругался. Потом уточнил:
– Я правильно понял, что могу отказаться? Никакого решения в отношении меня у государя еще нет. Так?
– Так. Но в этом случае ты бросаешь меня. Я-то отказаться от поручения не могу.
– Виктор.
