Дан настолько сильно ворочалась, что ее толстовка задралась до груди, а штаны сползли, давая возможность частично увидеть нижнее белье.
Лишь один взгляд на нее и Матиаса вновь отбросило в его личный ад, где его ожидала очередная пытка.
А Грейс все так же крепко спала, совершенно не понимая, на что обрекала Яагера таким своим видном.
Она еще заворочалась и толстовка задралась сильнее. Матиас оскалился, но отвернулся. Ладонью растрепал волосы, после чего пошел к Дан. Собирался укрыть ее.
Во-первых, чтобы не дразнила — это опасно для нее.
Во-вторых — в комнате было холодно. Грейс могла замерзнуть.
Вот только, подойдя к ней ближе, Матиас остановился. Сейчас волосы не падали на ее лицо и Матиас рассматривал его. Скользил взглядом по каждой черте. Чувствуя, как тело вновь напрягалось.
Холодный душ совершенно не помог.
Он бы ничего ей не сделал. Не перешел грань, но, наклонившись к девушке, с силой стиснул зубы. Его мысли становились все хуже и грязнее.
Но все же Дан не желала его, как парня и на поцелуй ответила пощечиной.
Яагер желал положить к ее ногам целый мир, но элементарно не знал, как ухаживать за Грейс. Да и что он мог дать ей в этом колледже? Дьявол. Он не мог достать даже ромашки — ее любимые цветы.
Но все же Матиас достал шоколадку. Знал, что Дан любила сладкое, вот только, к шоколаду она почему-то не прикоснулась. А ведь раньше его обожала.
Может, разлюбила шоколад?
Или все дело в том, что его принес Матиас?
Грейс все так же продолжала отталкивать Яагера.
Следовало это менять.
Матиас желал не той стены, которую девушка выстроила между ними. Он хотел отношений. Чтобы Дан признала то, что она его.
Но так же нужно было поговорить с Джосом. Матиас написал брату сообщение, в котором давал понять, что ждет его в спортивном зале. Когда пришел туда, Джос уже ждал.
— Значит, ты видел, как Коен переодевался? — мрачно спросил Матиас. Джос был единственным близким ему человеком, но в этот момент Яагеру хотелось ударить брата.
— Ты понял, что это Грейс? — было видно, что Джос напрягся и так же мрачно посмотрел на Матиаса.
— Что ты с ней сделал?
— Какого черта ты мне соврал? — Яагер оскалился. Впервые в жизни Матиас испытывал по отношению к Джосу ярость. Они ведь всегда были готовы друг за друга любому глотку перегрызть, а теперь между ними возникала пропасть. Пока что еле заметная. Может, она скоро исчезнет так, словно ее никогда и не было. А, может, станет еще больше.
— Что ты с ней сделал? — Джос повторил свой вопрос.
