— услышала я голос Яагера, но сама ничего не сказала. Встала и, покачиваясь, пошла к двери. Мне нужно было выйти на свежий воздух. Срочно. Хотя и так дышала с трудом. Казалось, что сейчас вовсе задохнусь.
26. Раскаяться
Перед глазами поплыло и я толком не понимала, как дошла до двери и, распахнув ее, зацепилась о порог. Чуть не упала, но, покачиваясь, выровнялась, после чего рукой оперлась о деревянную стойку. На улице бушевала метель и хлопья снега вонзались в кожу, обжигая холодом, но это было ничем по сравнению с той адской болью, которая бушевала внутри меня.
Согнувшись, я раз за разом делала глубокие вдохи, но создавалось ощущение, что вовсе не дышала. В это мгновение даже не существовала. Будто бы попала в вакуум, в котором мое сознание рвало на части от мыслей и воспоминаний. Понимания происшедшего.
Что же я натворила?
Я закрыла лицо ладонями и сделала еще несколько рваных вдохов, но в груди все так же жгло. Легче не становилось. Никогда не станет."
"— Грейс, что с тобой? — я услышала взволнованный голос Матиаса.
Он подошел ко мне и укутал в свою куртку, после чего обнял и прижал к себе. При этом, он сам, несмотря на холод, бушующий на улице, оставался лишь в кофте. Но, в отличие от меня, он не дрожал. Словно ему было плевать на минусовую температуру.
— Я… Я тогда… — в голове был миллиард мыслей и все рваные. Меня трясло, но протянув руки, я обняла Матиаса и изо всех сил прижалась к нему.
— Тебе плохо? — обычно ровный и спокойный голос Яагера, сейчас казался еще более взволнованным.
Это ощущалась и по тому, как он провел ладонью по моей спине. Словно пытался успокоить. Возможно, почувствовал мое странное дыхание. — Пойдем, тебе нужно лечь. Я сейчас приведу врача.
— Нет, — я отрицательно покачала головой. Даже это движение сейчас получилось резким и рваным. — Мне не плохо… Просто… Просто… — глубокий вдох и шумный выдох. — Прости меня.
Глаза начало покалывать, но я попыталась сдержать слезы, ведь понимала, что в таком случае окончательно потеряю все мысли и не скажу того, что хотела произнести.
— Прости… — вновь прошептала. — Мне очень жаль… Очень…
— За что ты извиняешься? — Яагер хотел отстранить меня, чтобы посмотреть в лицо, но я, наоборот, сильнее прижалась к нему. Цеплялась за Яагера, словно без него окончательно впаду в панику и уже не смогу прийти в себя.
— За то, что говорила в суде.
— Тебе не нужно этого делать. Ты не виновата, — Яагер накинул капюшон своей куртки мне на голову и опять провел рукой по спине. Успокаивал.
