В конце концов, у нас на Таррине много замечательных магов, и поддержка Лионии — не обязательна… наверное. Мы поднялись и отправились в Академию. Время покажет…
Глава 7
Прошло почти две недели. Адмир решил взяться за нас всерьез, и после его занятий хватало сил только упасть на кровать и заснуть мертвым сном. При этом лекции у него же никто не отменял, как и контрольные и даже зачеты по теории. Никогда не думала, что буду близка к тому, чтобы возненавидеть высшую магию. Но больше всего выматывала практика — сначала индивидуальная, с деканом или его заместителем, хмурым лордом Сейлом.
Он владел магией воды и не щадил адептов, поэтому с занятий мы приходили мокрые и недовольные. Лили везло еще меньше — она посещала дополнительные занятия у Адмира и, кажется, стала похожа на вечно не выспавшуюся тень. На чем держался сам декан — тем более неясно, ведь у него была невероятная нагрузка. Не иначе профессор Горрейн с ним зельями делилась. Правда, мне казалось, что они так и не поговорили, но уверенности в этом не было.
За это время мы посетили всего два непрофильных предмета — ""История и мироустройство Таррина"" и ""Магические растения и уход за ними"". Первый, как ни странно, до сих пор в Академии вел профессор
Бруни. Но его лекция о великих сражениях что-то совсем жизнерадостности не прибавила. А следующая лекция по магическим растениям расстроила еще больше, потому что бойкая, совсем молоденькая девушка, видимо, недавняя выпускница, имя которой я даже не запомнила, сходу начала вещать о свойствах подорожника и тысячилистника для заживления ран, допустим, на войне.
Мы с Лили переглянулись, и в ее глазах отразилось беспокойство. Не только мне кажется, что Академия превращается в военную? Хотя это можно было списать на усталость Лилианы. Впрочем, она безумно радовалась своим успехам и хвасталась тем, что значительно продвинулась в освоении магии огня.
— Аль, перестань, — шепнула мне подруга, когда мы вышли из оранжереи и отправились в столовую. — Ты от слова ""война"" уже вздрагиваешь.
Я же вижу, что все примеряешь на себя.
Ну вот, ошиблась насчет ее мыслей. И недовольно заметила:
— А ты относишься к этому спокойно? Зачем она о войне упомянула?"
"— Потому что твоя Верита спросила, зачем им эти знания, если рядом есть целители. А они и в мирное время не всегда рядом.
— Она не моя! — возмутилась.
— Хорошо, не твоя. Тогда перестань вздрагивать, когда ее видишь.
— Лили!
— Ну, что? — усмехнулась подруга. — Вы с Эйвином как дети себя ведете.
