– Извините, я не в курсе пределов вашей компетенции…
– Пока не прибыл со своей «Альфой» полковник Раздольев, здесь распоряжаюсь я, – сказал Ротмистров сухо. – Потрудитесь выполнить…
Капитан даже плечами не пожал. Просто козырнул и убежал в свой бронетранспортер. Тяжелая и внешне предельно неуклюжая машина легко, однако, развернулась и стремительно направилась в обратную сторону, к рынку, где стояли остальные БТР десантуры. Капитан словно бы свое недовольство передал механику-водителю…
* * *"
"Как оказалось, раньше полковника Раздольева приехала из соседнего района следственная бригада ФСБ, занимавшаяся поисками Призрака и расследованием происшествия с домом директора пансионата.
Даже не одна, а сразу две следственные бригады: одна московская, получившая приказ от своего руководства, вторая из соседней области, руководимая подполковником Кондратьевым. Происшествия в соседствующих районах разных областей теоретически можно было легко связать в единое дело, и даже обязательно требовалось бы связать хотя бы для проверки, но конкретных фактов для этого не было никаких, и эти факты работники следственных бригад желали найти.
Присутствие на месте нового происшествия Вадима Александровича Варягова могло бы быть рассмотрено как один из таких фактов, и потому, связавшись по «подснежнику» с Призраком, майор Ротмистров уже в приказном тоне распорядился, чтобы Вадим Александрович спрятался в машину не к Мишке, которую могли остановить и осмотреть, а в машину капитана Людиновского с его спецтехникой.
Эту машину никому постороннему осматривать не позволят, и даже документы, подтверждающие право передвижения без досмотра, были на руках у капитана.
Дело осложнялось еще и тем, что вот-вот должен был появиться полковник Раздольев, который уже знал, что здесь работал Призрак, и, возможно, имел желание с ним познакомиться ближе. Но приказ полковника Мочилова был категоричным, и приказы своих полковников офицеры спецназа ГРУ привыкли выполнять, даже вопреки мнению чужих полковников.
Но могла возникнуть неприятная ситуация, когда полковник Раздольев мог сказать о присутствии Призрака руководителю следственной бригады своего же ведомства, и тогда к Вадиму Александровичу могло возникнуть множество вопросов, на которые ответить он не готов и на которые лучше не отвечать вообще.
