Его рассматривали – это абсолютно точно. Рассматривали внимательно, изучали. Но даже при резком повороте посторонний взгляд уловить не удалось. Однако это вовсе не значило, что такого взгляда не было. Просто тот, кто рассматривал, хорошо прятался. Призрак несколько раз в жизни встречался с подобным ощущением и ни разу не ошибся.
Но он же только что думал, что здесь, в этом райцентре, узнать его может только один человек… Которого он сам хотел увидеть первым…
– Что, командир? – спросил бывший десантник.
– Поезжайте… Осторожнее.
"
"Конечно, существовала вероятность взгляда своих, но взгляд своих не дает такой тяжести в голове. Это был чужой взгляд, взгляд напряженный, магнетический, властный и злобный… К тому же свои смотрели только из машины Людиновского, и Призрак и сейчас видел их. Машина Ротмистрова уже заняла позицию во дворе дома и контролировала подходы к подъезду. Оттуда не могли смотреть…
* * *Варягов вернулся в машину к Ротмистрову и двум старшим лейтенантам. И все время пути до машины его не покидало недавнее ощущение.
– Что-то случилось? – спросил майор.
Должно быть, заметил озабоченный, слегка растерянный взгляд.
– За мной наблюдали, – сообщил Призрак.
– Кто?
Пожатие плечами было достаточно красноречивым, но Варягов все же и комментарий предложил послушать:
– Если бы увидел, выстрелил бы сразу. Навстречу такому взгляду можно только стрелять. Можешь не смеяться, но я всегда напряженный взгляд спиной чувствую. Не хуже, чем глаза в глаза. За мной наблюдали…
– Я не смеюсь, – серьезно сказал Ротмистров.
– Я знаю, что это такое… Когда впервые почувствовал?
– Когда Сташевского отправлял…
– И…
– Оглянулся резко… Ощущение осталось. Увидеть никого не смог…
– Вот еще, нелегкая… Сташевского нельзя пускать… Надо снимать его с операции…
– Поздно… Он уже должен быть на месте. И вообще – все поздно…
Вадим Александрович устало откинулся на спинку сиденья.
– Что – поздно?
– Если бы кто-то хотел наблюдать за встречей с чердака, он уже занял бы позицию…
– Я уже пять минут об этом думаю, – согласился Ротмистров.
– Дай и мне подумать… Пару минут, – Варягов глаза закрыл, словно задремал.
Он думал меньше двух минут. Прервав раздумья, майор Ротмистров, сказал со вздохом:
– Операция полностью провалена. У нас нет ни одной нити, за которую можно ухватиться.
– Напротив, – не согласился Призрак. – Операция может завершиться полным успехом. Гораздо большим успехом, чем мы предполагали.
