Я чувствовала это по изменению интонации, по ярким вспышкам в глазах.
– Гейта?
– Ты знаешь, что я говорю не о ней.
– Боги давно не отзываются на наши молитвы.
Казалось, стоит упомянуть имя его прежней возлюбленной, как он сорвётся и убьёт меня.
– Потому что погибли.
– Разве можно убить бога?
Пусть тильди твердили, что их уже нет, но я-то точно слышала голос Сигурн. Что это тогда было? Да и зачем Моркейм спрашивает о ней, если она мертва?"
"– Можно, – он поднял руку и над его ладонью заискрилась темнота, формируясь в кинжал из абсолютно чёрного металла.
– Особый сплав из сотен тысяч ингредиентов. И главный из них – неподвластность судьбе. Даже бог не предскажет смерть от этого оружия. Будущее будет скрыто.
Моркейм отступил, а кинжал продолжал парить в воздухе, пока не рухнул на мягкую перину прямо передо мной. Ладонь сжала рукоять прежде чем я обдумала свои действия. Мышцы тела напряглись. Ещё секунда и я бы пустила оружие в ход, но оно рассеялось в моей руке сотней блёсток. Бог внимательно наблюдал за сменой выражений на моём лице.
А я считала, что больше не полагаюсь на надежду, что избавилась от порывов и научилась мыслить холодно. Веру в лучшее не искоренить. Даже если она не подкреплена ничем, кроме собственных грёз.
– Ты похожа на неё, – заключил Моркейм, вновь обдавая меня концентрированной ненавистью взгляда.
Я не стала спрашивать на кого. Сигурн до сих пор не давала покоя его мыслям. И самое ужасное, что он увидел её во мне.
– Только ты слабее, – он вытянул ко мне руку, и от неё потекла сияющая синим цветом дымка.
Она удавкой обвила шею, моментально вздёргивая меня над кроватью и притянула к Моркейму. Его лицо оказалось так близко, что я ощутила учащённое дыхание на коже. Пальцы запутались в волосах, жёстко легли на затылок, не давая мне отвести взгляд. Шею сжало сильнее, почти перекрывая поток воздуха. Из меня нещадно потянуло силы. Слабость навалилась на мышцы, я обмякла не в состоянии пошевелиться. Дымчатая верёвка, натянувшаяся между нами, заискрилась белым, покрываясь ледяным узором.
«Он забирает Стужу!», – с ужасом осознала я.
Силу, что мне так необходима, что поможет спасти мой народ. Не отдам, ни за что на свете! И пусть я почти не ощущала резерва, но внутренне воспротивилась, взъярилась, силясь остановить потерю магии. Лед зазмеился по щекам, нырнул в вырез платья, выступил на обнажённых руках. Моркейм разжал кулак, и я, жадно хватая ртом воздух, рухнула на пол к его ногам. Он присел на колено передо мной.
