Я поймала Женькин взгляд, в котором читалась растерянность, а Горемыкин продолжил:
– Обратите внимание: Валерий Сергеевич человек здесь новый, о Зеленом охотнике ранее никогда не слышал и вдруг увидел его сегодня на болоте, после чего с трудом смог оттуда выбраться. При всем желании вы не можете утверждать, что это его воображение, подогретое моими рассказами. Ведь увидел он не волка, не русалку, не черта, в конце концов, а именно мужчину в чем-то зеленом, у которого не было лица.
– Это и был мужчина, – разозлилась я, – которому что-то понадобилось на болоте, и лицо у него, разумеется, было, просто с такого расстояния Валера его не разглядел.
– Там было что-то черное, – нахмурился Валера. – Абсолютно точно. Что-то черное.
– Например, москитная сетка, – обрадовалась я неожиданной догадке, – ведь на болоте полно комаров. Вот и все.
– И что он там делал, на болоте? – спросил Валера.
– А что там делали вы? Иван Иванович? Я, наконец? Его могло привлечь любопытство, как всех нас, или какие-нибудь хозяйственные соображения.
– Занятный у нас разговор получился, – заметил со своего места Владислав Петрович, доселе молчавший, и засмеялся: – Две точки зрения: материалистическая, которую проповедует Анфиса, и, так сказать, идеалистическая, которую представляет Иван Иванович. Я думаю, разрешить спор нам не удастся. Для этого как минимум нужно, чтобы Зеленый охотник появился вот здесь, на веранде, с головой под мышкой.
«Подождите, – зло подумала я, – я вам этого шутника доставлю.
С головой или без нее. Он у меня узнает, как шастать по болотам и людей пугать», а вслух сказала:
– Иван Иванович, вас очень удивил тот факт, что кто-то увидел Зеленого охотника днем. Как вы думаете, с чем связано его появление?
Он посмотрел на меня очень серьезно, перевел взгляд на остальных, которые, услышав мой вопрос, насторожились, помолчал немного, словно прикидывая, следует ли отвечать, и, понизив голос, наконец сказал:
– Я думаю, что-то происходит. Что-то важное.
Какой-то временной сдвиг.
– Что? – Может, я малость бестолкова, но бьюсь об заклад, что и остальные не очень-то поняли, что же имел в виду Иван Иванович под временным сдвигом.
– Тот и этот миры стали ближе друг другу, – счел нужным пояснить он, видя мое искреннее недоумение. – Я имею в виду их взаимопроникновение. Здесь что-то готовится.
– Я не опоздал к обеду? – зычно поинтересовался мужской бас, мы невольно вздрогнули и уставились на вошедшего.
