Прежде всего желательно узнать, где собачка нашла руку. Может, в том месте еще чего лежит… – Я закатила глаза, приходя в отчаяние от подобной формулировки.
– Идем, – согласно кивнула Женька, – отыщем собачку, может, она нас приведет куда следует? – Мы направились на хоздвор, так как предполагали, что рыжая живет там. По дороге Женька продолжала мыслить: – Меня вот что смущает, допустим, писатель укокошил ночного гостя, но зачем руки-то отрубать? И голову, если это та голова… в общем, ты понимаешь.
Хотел труп расчленить, чтобы легче спрятать? Но ведь мы не в городе, чего ж проще, раз здесь кругом болота.
Женькины слова навели меня на интересную мысль. Я замерла, посмотрела на подружку и кивнула:
– Голова и руки – это совсем не так глупо, как кажется. И насчет болота ты, конечно, права. В болоте труп ни за что не найдут. В этом случае что-либо отрубать глупо. Но мы имеем отрубленную кисть… от головы пока отвлечемся. Значит…
– Значит?
– Напряги извилины. Значит, убийство произошло довольно далеко от болота, и убийца не хотел рисковать, путешествуя с трупом пару километров.
– Конечно, – обрадовалась Женька, но тут же сникла. – Допустим, до болота далеко, но река вот она, рядом.
– Рядом. И здесь мы вновь возвращаемся к тому, что труп был расчленен. По крайней мере, его лишили рук (одной-то уж точно) и, возможно, головы. Это тебе второй вопрос.
– Ну, конечно, – с жаром заметила Женька. – В воде труп могли найти, верно? И опознать. А как опознать человека, если у него ни лица, ни отпечатков пальцев? Только по характерным приметам на теле, а далеко не у всех они есть.
– Само собой. Из этого делаем сразу два вывода. Первый: убийство произошло либо неподалеку от деревни, либо рядом с пансионатом. И второй убийца справедливо опасается, что, если труп опознают, выйти на него будет несложно.
– То есть убитый и убийца – близкие люди?
– Возможно, не такие уж близкие, но что-то их связывало, и связь эту нетрудно проследить.
– Значит, надо любыми путями найти голову, чтобы можно было опознать убитого. Я просто уверена: это дело рук писателя.
– А я – нет. Не забывай про местные страшилки. Для меня Горемыкин все еще подозреваемый номер один.
– Слушай, все ведь довольно просто, – воодушевилась Женька. – Мы столкнулись с головой, то есть с типом, который ее вчера нес, когда Горемыкин спал…
– Вовсе не факт. Он мог улизнуть у тебя из-под носа.
– Хорошо, хорошо.
