Можете вернуть дочери, как раз по истечении шести месяцев она сможет вступить в наследство. Можете оставить себе. На ваше усмотрение.
Ямпольский смотрит прямо, глаза не отводит. Конечно, он в курсе того, какую роль во всем пиздеце отыграла Арина, но ясно дает понять, что ему похуй.
— Я готов начать работать с документами прямо сейчас, — выпрямляюсь. Как это я не сказал «Начать ссать»? Чертов Аверин. — Только... Можно вопрос, Арсен Павлович?
Алексей под стенкой делает предупредительный жест. Да я сам вижу, что Ямпольскому надо отдохнуть.
Но мне очень нужно знать.
Ямпольский кивает, Алексей нервно кусает губу.
— Что связывает Маркелова с отцом Феликса Фокса?
— Наркота, — отвечает Ямпольский и прикрывает глаза. — Леша, расскажи ему...
Алексей показывает глазами на дверь, и мы оба выходим из палаты.
Глава 37
Спустя два месяца
Демид
С тех пор, как я вышел под залог, работы прибавляется с каждым днем.
Сначала нас по самое некуда ею завалил Ямпольский, который, несмотря на ранение, показал высший класс работоспособности.
В самые короткие сроки он утвердил предложенный мною план очередности максимально эффективного снижения привлекательности предприятий Рината. Включая те, что я выбрал для себя.
Следом мне позвонили, сослались на Аверина Константина Марковича. Попросили помочь в одном незначительном деле. Вежливо так попросили, ну как откажешь? Бесплатно, разумеется.
Это привычная и знакомая работа для моей команды. Зато я получил заверения в полной поддержке и пару номеров телефонов, по которым следует звонить, если понадобится срочная помощь.
Горячая линия, блядь...
Ямпольский выдал аванс, и я сразу же рассчитался с Авериным. За «горячую линию» тоже не забыл поблагодарить. Хотя от охраны все равно отказываться не стал. Так гораздо статуснее, как бы кто ни умничал. Ну и веселее.
Еще мы напились в хлам с Алексеем Лазаренко, начбезом Ямпольского. Так просто, без всякого повода. Чтобы головы разгрузить.
— Ты понимаешь, Аверин хоть и говнюк, но очень крутой спец.
Он мне свою картотеку показал, вот как работать надо, — я следил, чтобы язык не заплетался, только Алексей был уже в той кондиции, когда на такие мелочи уже не обращают внимания.
— Понимаю, — кивнул он и дал знак официанту повторить. Мы заняли вип-террасу на открытом воздухе, чтобы никто не мешал.
— А еще он прав, что надо быть разборчивее с заказами, — продолжал я убеждать. Его или скорее больше себя.
