"
"- Вам помощь нужна, Гордей, - назидательно чеканит, отворачиваясь к моей крохе, чтобы проверить подгузник. - Вы же сами видите, что не справляетесь в одиночку.
- Знаю, как раз ищу няню, но они все какие-то… ненадежные.
- Или у вас завышенные требования? – косится на меня с подозрением. - А бабушки, дедушки?
- Мои родители живут в Беларуси. Мама приезжала после того, как… - осекаюсь на полуслове, не желая произносить это вслух. Разум не принимает. – Когда Алиска родилась, - формулирую иначе. – Без матери я бы первое время вообще не протянул.
Потом она вынуждена была вернуться домой. Как только возьмет отпуск, то проведет его с нами. Допрос окончен? – неожиданно рявкаю с раздражением.
Я злюсь не на Вику, а на себя. Слишком откровенничаю с ней. Чужим людям на хрен не нужны мои проблемы, и она не исключение. А я веду себя как пьяный идиот на встрече анонимных алкоголиков. Богданова не нанималась подрабатывать психологом, но продолжает ковырять мои раны.
- А со стороны… жены?
- Мы с ними не общаемся…
Потому что мы с Алиской убили их единственную любимую дочь.
.. Простить не могут.
- Извините, я у вас немного похозяйничала, - заметив мое мрачное настроение, Вика меняет тему. - Можете проверить ценные вещи, - подшучивает аккуратно.
- Проверил, - указываю на малышку в кроватке. - На месте.
Прячет легкую улыбку, с теплом поглядывая на ребенка. Такая живая, энергичная, светлая, что и я невольно поддаюсь, на доли секунды забывшись. Тянусь к ее огню, чтобы согреться. Она как пришелец в нашей пропитанной мраком и негативом квартире.
Именно я принес с собой эту тьму, забрал из дома, где мы жили с женой и который я оставил, потому что воспоминания душили. Она там в каждой фотографии, в каждой вещи, в каждом скрипе половицы. Я бы точно свихнулся.
- Я оставила рекомендации и для Алиски, и для вас, - Вика протягивает мне листочки с печатью и свой размашистой подписью. – Мой номер тут, если что, - тычет тонким пальчиком в цифры. – Что ж, мне домой пора. Это бы самый долгий вызов в моей практике, - тихонько посмеивается.
Непривычный звук, на который Алиска реагирует с удивлением. Здесь никто даже не улыбается…
- Такси? – проявляю каплю вежливости. Я и так вел себя с ней как последний хам.
- Я за рулем, - деловито выдает, поправляя высокий хвост. Каштановые волосы выпадают из растрепавшейся прически, но это Вику не портит. Наоборот, она кажется более уютной, домашней. Будто живет тут давно, а не приехала осмотреть больную.
