Тяжело вздохнув, поворачивается в сторону сада, откуда доносятся голоса и смех двойняшек. – Не об этом я тебя просил, не об этом, - разочарованно повторяет. - Не ожидал, что ты так с ней поступишь, Гордей. Я доверил тебе больное сердце своей дочери не для того, чтобы ты разбил его вдребезги.
Чувствую, как Алиска отпускает мою руку, слышу шорох босоножек по гравию, краем глаза слежу за ней. Заскучав с нами, дочка осматривает территорию, прогуливается вдоль тропинки – и вдруг подпрыгивает на месте, хлопнув в ладоши.
- Ма-Вика! – радостно визжит, со всех ног мчится в беседку.
Слуха касается едва уловимый, приглушенный ветром, нежный и родной голос Виктории. Проникает прямо в сердце.
Непрошеная улыбка трогает мои губы, а внутри срабатывает переключатель. Все жизненные силы и чувства приводятся в полную боевую готовность. Я словно рождаюсь заново. Четко осознаю, что мне нужно, и согласен костьми лечь ради достижения цели. Никогда я не ощущал себя настолько живым и энергичным.
К черту предрассудки! На хрен мнение общества!
Это наша судьба.
В ней имеют значение только Вика и дети."
"- Если вы ждете, что я стану оправдываться или сожалеть о случившемся, то зря. Воспитывать и укорять меня тоже не надо. Я сам себя наказал. Не теряйте силы и время, - убедительно и грозно произношу, не прерывая тяжелого зрительного контакта с Богдановым. – Прошлое не изменить, меня интересует исключительно настоящее. Мы начнем с новой точки отсчета, и я сделаю все, чтобы у нас получилось.
- Что же ты сейчас такой бойкий, а когда был нужен ей… спрятался в кусты? – на эмоциях выплевывает мне в лицо. Стойко выслушиваю его претензии. Я себя похлеще проклинал, но это не выход. - Ты хоть догадываешься, через что она прошла?
- Я знаю. Именно поэтому я был против, - вдруг срываюсь в откровения. Злость сбивает шлагбаум и выпускает моих внутренних демонов. Следующие слова исходят из глубины моей темной, исполосованной души: - Я не хотел рисковать ей! Я просто не мог опять потерять женщину, которую полюбил…
Внезапно воцаряется пауза, Дамокловым мечом повисает над нами.
В висках бешено пульсирует кровь, и на мгновение мне кажется, что я оглох. Егор Натанович, умолкнув, смотрит будто сквозь меня.
Не сразу замечаю, что мы больше не одни, а за моей спиной кто-то есть. Оборачиваюсь, встречаясь взглядом с Викой. Она растеряна и удивлена, на дне зрачков плещется сомнение вперемешку с теплыми искорками, а на щеках играет легкий румянец.
