- Я вас приглашу.
Как только дверь за ними захлопывается, из своего убежища выбегает Алиска. Топает следом за мной, как хвостик. Повисает на мне, схватив за рукав, ждет моего решения. Я напряженно смотрю на нее, потом - на Гордея, покусываю губы.
- Доча, нам пора, - сдается он, тщетно пытаясь оторвать от меня малышку. - Попрощайся с Викой.
- Неть! - топает она ножкой. - Мавика, идем!
- Радость моя, - приседаю напротив и беру ее за ручки. – Сейчас мне надо поработать. Меня ждут другие детки, - формулирую как можно понятнее, а она ревниво надувает губки.
– Я должна их полечить.
- А-а-а, - тянет нараспев, и ее личико проясняется."
"- Так как меня взяли на неполную ставку, я освобожусь уже после обеда, - говорю с Алиской, а на самом деле мои слова адресованы Гордею. – Можем встретиться в кафе недалеко от центрального корпуса. Поедим чего-нибудь вкусненького, - щелкаю девочку по носику и продолжаю, подняв глаза на ее затаившегося отца, - и договорим… Если у нас получится.
- Получится, Вика, - убедительно чеканит, забирая дочку.
– Спасибо за шанс.
Алиска оставляет мне свою куклу, машет ладошкой на прощание и послушно идет за папой. Я провожаю их взглядом, а потом еще долго смотрю на закрытую дверь.
Шанс? Или мы просто продлеваем агонию?
- Можете войти, - выкрикиваю в коридор. И растворяю боль в работе, мысленно отсчитывая минуты до судьбоносного обеда с Гордеем. Зачем я опять впускаю его в свою жизнь?
Глава 27
Гордей
Беспокойно поглядываю на стеклянные двери небольшой кафешки. Прислушиваюсь к музыке ветра, проверяю часы каждую минуту.
Специально выбрал столик напротив входа, чтобы не пропустить Вику. Если она вообще придет…
Покосившись на ерзающую на диванчике Алиску, расслаблено улыбаюсь. Откинувшись на спинку, щелкаю дочку по носу, слышу тихое хихиканье и укоризненное: «Па-а!»
- Де ма-Вика? – воодушевленно уточняет малышка.
Как быстро смекнула, что это та самая Вика, чье имя я, как в бреду, повторял все эти годы и чьи колыбельные ей включал. Порой даже фотографию показывал, которую скачал с сайта поликлиники.
Вспоминал ее чаще, чем родную мать Алиски. Так, словно Богданова не улетала, а все это время незримо находилась рядом с нами.
Безумие? Или способ не сойти с ума в одиночестве?
- Скоро придет, - произношу твердо и убедительно.
Последние сомнения развеиваются.
Придет. Не ко мне, а к Алиске. Вика не может обмануть детские ожидания.
Значит, сидим смирно и отсчитываем секунды до встречи, хоть терпения и не хватает.
