Вдобавок за обедом ему пришлось поухаживать за чьей-то женой, но он и эту обязанность исполнил с обычной галантностью.
Когда дамы встали из-за стола, мужчины закурили сигары, и разговор завертелся между общественными проблемами и веселыми анекдотами. Хельмер отложил оставшуюся нетронутой сигару на стол и, нагнувшись, тронул хозяина дома за рукав.
– В чем дело, Филипп? – любезно спросил тот.
Хельмер, понизив голос, задал вопрос, который мучил его с начала обеда. Хозяин дома ответил:
– О какой женщине ты говоришь? – и близко к нему наклонился.
– О той, в черном платье, с плечами и руками цвета слоновой кости и глазами Афродиты.
– Где же сидело это чудо?
– Рядом с полковником Фарраром.
– Рядом с полковником? Подумаем! – Он задумчиво нахмурил брови, потом покачал головой: – Не могу вспомнить. Сейчас мы встанем, ты можешь ее отыскать, и я…
Смех и шум вокруг заглушили его последние слова. Он рассеянно кивнул Хельмеру. Его внимание привлекли другие, а когда вышел из-за стола, совсем забыл о женщине в черном.
Хельмер вместе с другими двинулся к гостиной. У него было множество знакомых; приходилось говорить без умолку, хотя лихорадочное состояние все усиливалось, и он едва слышал собственные слова. Очевидно, ему не следовало дольше оставаться в гостях…
«Найти хозяйку дома, спросить у нее имя женщины в черном и уйти», – решил он.
В роскошных комнатах было жарко и людно до тесноты. Отправившись разыскивать хозяйку, Хельмер столкнулся с полковником Фарраром и пошел вместе с ним.
– Кто эта дама в черном, полковник? – спросил он. – Я говорю про ту, которую вы вели к столу.
– Дама в черном? Я такой не видел.
– Она сидела рядом с вами.
– Рядом со мной?!
Полковник остановился и удивленно поглядел на своего собеседника.
– Она здесь? Вы ее видите? – спросил он.
– Нет, – отвечал Хельмер.
Некоторое время они молчали, затем отошли друг от друга, чтобы дать дорогу китайскому посланнику – любезному господину, одетому в старинные шелка, с улыбкой, сиявшей на его лице, казалось, целое тысячелетие.
Посланник прошел с каким-то важным генералом, который сделал знак полковнику Фаррару присоединиться к ним.
И Хельмер снова побрел по комнатам, как вдруг чей-то голос явственно произнес его имя, и перед ним очутилась хозяйка дома, окруженная блестящим обществом.
– Что случилось, Филипп? Вы, должно быть, серьезно нездоровы?
– Ничего, это пустяки.
