Бесит!
– Не пойду, – отвечаю, гордо вскинув подбородок, и взгляд варвара меняется…
– Разденься, прими душ, смой с себя копоть, грязь, и возвращайся.
Сжимаю руки в кулаки, опускаю взгляд на измазанный зелено-коричневый лиф платья, кажется, где-то есть багряные пятна, хотя здесь явно все цвета радуги найти можно…
Сухая корка сковывает и тянет кожу рук, саднит, чешется и, в общем-то, мужчина мне ничего сверхъестественного не говорит. Сама вижу свое состояние, но перечу из принципа.
– Я не сдвинусь с места, пока вы мне не объясните, что происходит и зачем я вам.
Зачем следить за мной? Выкрадывать? Я вас вообще в первый раз в жизни вижу и уверена, что не успела совершить ничего такого, чтобы быть вовлеченной в этот беспредел!
– С тебя грязь падает на ковер. Ванная там, – поднимает массивную руку с бугрящимися мышцами и пальцем показывает на дверь.
Выпрямляю спину, поднимаю подбородок и смотрю в звериные глаза варвара, как в омут бросаюсь, произнеся с вызовом:
– Выйдите!
Желтоватые глаза вспыхивают, словно кто-то бросил спичку в горючее и я, наконец, осознаю, что сейчас точно дернула тигра за усы слишком сильно…
– Пожалуйста… – добавляю совсем тихо, мой голос дрожит, потому что варвар не реагирует.
Сжимаю кулаки, все равно не собираюсь ничего делать из того, что приказал похититель.
Задерживает взгляд, отходит и садится в кресло, вытягивает длинные ноги, а я смотрю на его берцы, точнее, на рукоять. Шальная мысль обзавестись оружием затухает едва вспыхнув.
Я видела его в действии, не стоит даже надеяться, не успею пошевелиться, как уже буду нанизана, наколота на это лезвие.
– Подойди ко мне. Сама.
В его глазах горит лютая ненависть, ярость. Лицо красивое, но глаза каре-желтые, звериные и в них бездна. Решимость.
– Не провоцируй.
– Послушайте, я… не причиняйте мне вреда, прошу вас, я ведь ни в чем не виновата. Я ничего ужасного в жизни не успела еще сделать, чтобы…
– Подойди.
Повторяет, не реагируя на мои сбивчивые объяснения. Я думала, что нет в мире человека более жестокого, чем мой жених.
Ошибалась. Есть. Вот он сидит вальяжно в кресле, даже в таком положении видно, насколько высокий, мощный в плечах, и черная экипировка лишь подчеркивает агрессивную красоту, дикость и ярость, которая вспыхивает и затухает в раскосых глазах.
– Я не буду раздеваться, пока вы тут."
"Сказала и сама ужаснулась. Вся жизнь проскользнула перед глазами. И я поняла, что ничего у меня за все прожитые годы значимого не случилось.
