Когда он закуривал, руки его тряслись, но голос звучал твердо."
"– Прошлой ночью… или уже этим утром, я взял записку, которую привез таксист.
– И что вы с ней сделали?
– Отнес дедушке.
– Он уже спал?
– Нет. Он лег, но не спал. Читал книгу.
– Что потом?
– Он прочитал записку и страшно разволновался. Оделся и сказал мне, чтобы я велел кому-нибудь приготовить его автомобиль. Он собрался ехать в портовый район, чтобы встретиться с Джулией Браннер, потому что она пообещала вернуть ему часы Оскара, если он приедет один, без слежки, и они поднимутся на борт его яхты, где смогут поговорить без помех.
– Он вам все это сказал? – уточнил Мейсон.
– Да.
– И что вы сделали?
– Я посоветовал ему не ехать.
– Почему?
– Я подумал, что это ловушка.
Глаза Мейсона сузились.
– Вы подумали, что кто-то попытается убить его?
– Нет. Разумеется, нет. Но я подумал, что кто-то попытается заманить его в компрометирующую ситуацию или заставить сделать некие заявления.
Мейсон кивнул и после короткой паузы добавил:
– Продолжайте.
Сегодня вы говорите, а я слушаю.
– Я спустился вниз и открыл ворота гаража, чтобы дедушка мог выехать. Когда он подошел, я умолял его позволить мне сесть за руль. Все-таки ночь, лил дождь, а дедушка не такой… не был таким уж умелым водителем. Да и в темноте видел плохо.
– Но он не позволил вам сесть за руль?
– Нет. Сказал, что должен приехать один. Что Джулия Браннер на этом настаивала, и никто не должен ехать следом, или это будет поездка впустую.
– Где эта записка?
– Я думаю, дедушка положил ее в карман пальто.
– Продолжайте… Нет, минуточку. Вы сказали, что он собирался поехать на свою яхту?
– Я так его понял. Что Джулия хотела встретиться с ним на борту его яхты.
– Хорошо. Что было дальше?
– Он выехал из гаража, а я вернулся в дом, и там меня ждала Джейнис, полностью одетая.
– Чего она хотела?
– Она услышала шум, подумала, что-то случилось, и хотела знать…
– Минуточку, – прервал его Мейсон. – Как она была одета? В вечернем туалете или?..
– Нет. Скорее, в спортивном наряде.
– Продолжайте, – кивнул Мейсон.
– Она хотела знать, что случилось, и я ей все рассказал. Она пришла в ярость из-за того, что я отпустил дедушку, заявила, что мне следовало его остановить.
– И что дальше?
– Дальше я сказал ей, что она чокнутая. Остановить дедушку, если он чего-то хотел, можно было, лишь заковав в кандалы. Потом я поднялся на второй этаж. Услышал, как она идет следом, но потом, буквально через пару минут, она вышла из своей комнаты.
