И лишь когда унесли пустые тарелки из-под десерта, адвокат допил последнюю каплю ликера и со вздохом сказал:
– Что ж, Делла, продолжим гонку за миражом и попробуем доказать, что это все-таки мираж.
– Ты так думаешь?
– Не знаю, и боюсь думать, что нет. В любом случае, давай позвоним Дрейку. Пусть подойдет в офис.
– Послушай, босс, вот о чем я подумала, – Делла встала из-за стола. – Допустим эта женщина, зная об ордере на ее арест, выданном в Калифорнии, убежала в Австралию, и…
– Ни слова больше, – Мейсон положил руку ей на плечо.
– Давай не будем летать в облаках. Мы должны твердо стоять на земле. Позвони Полу Дрейку и скажи, что мы ждем его в офисе, а я поймаю такси.
Она кивнула, но по глазам чувствовалось, что мыслями она вся в расследовании.
– Разумеется, если епископ – самозванец…
Мейсон наставил на нее указательный палец и согнул большой, будто это курок револьвера.
– Молчи или стреляю!
Делла рассмеялась.
– Я позвоню Полу, пока буду пудрить носик, босс, – и исчезла в дамской комнате.
"
"Пол Дрейк постучал в выходящую в коридор дверь кабинета Перри Мейсона, и Делла Стрит впустила его.
– Вижу, вы вкусно пообедали, – улыбаясь, отметил Дрейк.
От ресторанной беззаботности Мейсона не осталось и следа. Лицо стало напряженным, взгляд пронзительным.
– Что у нас с епископом, Пол? – спросил он.
– Епископ в настоящее время может передвигаться самостоятельно, – ответил детектив. – Выписался из больницы и вернулся в отель. Правда, без шляпы.
На голове столько бинтов, что видны только один глаз и кончик носа. Согласно последним донесениям, в таком виде едва ли он сможет читать проповеди.
– А как эта Ситон?
– По-прежнему в своей квартире на Западной Адамс-стрит. Не выходила оттуда. Вероятно, ждет звонка епископа, и не собирается уходить, пока он не позвонит.
Мейсон нахмурился.
– Нет в этом смысла, Пол.
– А по-моему, это как раз и имеет смысл, – возразил детектив. – Она собирала вещи, когда мы заглянули к ней.
Несомненно, готовилась к отъезду. Она признала, что собиралась в путешествие с епископом или с пациентом, с которым он собирался ее связать. Вот и ждет, пока епископ даст ей более четкие инструкции. Она сидит у себя с того самого момента, когда епископа отвезли в больницу.
– Не уходила на обед?
– Не открывала даже дверь черного хода, чтобы вынести мусор, – ответил Дрейк.
– Твои люди следят и за парадной дверью, и за черным ходом?
– Совершенно верно.
