– Почему?
– Во-первых, я не могу поверить, что у Марджори был ключ от квартиры Фрэнка Пэттона. Не могу в это поверить! Это невозможно!
– Дальше. Я слушаю.
– Если Марджори забаррикадировалась в ванной, а Пэттон все равно к ней прорвался, то должна была быть борьба, и тогда Марджори убила его, защищаясь. Это самооборона. И тогда она должна была последней выходить из квартиры.
– Согласен. И что тогда? – спросил Мейсон.
– В таком случае дверь должна была остаться незапертой – раз у Марджори не было от нее ключа, а мертвый человек не мог запереть дверь.
С другой стороны, если Марджори находилась в ванной, а Пэттон пытался прорваться туда и не смог, и тут появился кто-то еще – вошел в квартиру, дверь в которую тогда не заперли – и убил Пэттона, а потом ушел, как вы предположили, заперев за собой дверь, то каким образом Марджори выбралась из квартиры?
Говоря это, Брэдбери буравил Мейсона взглядом. Он был очень настойчив и не собирался отступать, пока не разберется с этим делом. Адвокат наблюдал за ним молча и задумчиво.
– Единственный другой возможный вариант – Марджори выбежала из квартиры, пока двое мужчин дрались, – продолжал Брэдбери. – То есть когда Пэттон дрался с тем, кто без приглашения вторгся в его квартиру. В таком случае Марджори видела убийцу и, несомненно, или узнала его, если была с ним знакома, или, если не была знакома, смогла бы его описать.
– И что тогда?
– Тогда убийца заколол бы Пэттона и выбежал из квартиры. В таком случае он, вероятно, увидел бы Марджори или когда она выходила из ванной, или пока шла по коридору, или в лифте.
– Вы сами неплохой детектив, Брэдбери, – заметил Мейсон. – Вы очень четко представили вполне разумные варианты развития событий.
– Я просто хотел дать вам понять, господин адвокат: то, что я из маленького городка, совсем не означает, что я плохо соображаю и не готов сражаться, если того требует ситуация. Я могу ответить на вызов, защищаться и противостоять кому угодно. Я не хочу, чтобы вы меня недооценивали.
Перри Мейсон смотрел на него заинтересованно.
Глаза у адвоката блестели, и было видно, как выросло его уважение к клиенту.
– Нет, Брэдбери, я не буду вас недооценивать, – заявил он.
– Спасибо, – кивнул Брэдбери, взял в руку высокий стакан, в котором смешал коктейль, и выпил его до дна.
Мейсон несколько секунд внимательно смотрел на него, затем поднял свой бокал с вином, выпил его маленькими глотками, потом снова наполнил бокал из бутылки.
– Вы закончили? – уточнил адвокат.
