– Лови мои подсказки и подыгрывай мне. Я начну ему угрожать. Он или испугается, или начнет возмущаться. Проявит или страх, или праведный гнев – одно из двух. Ты поймешь, когда откроешь дверь. Если хочешь, можешь притвориться, что никак со мной не связан. Или можешь морочить ему голову. Действуй как угодно. Через полчаса Брэдбери приедет ко мне в контору с оригиналами газет, в которых Пэттон печатал объявления, и мы сможем их использовать. Эта подборка свидетельствует о мошенничестве. Пэттону можем сказать, что получили ее по почте, и на этом основании ему можно предъявить обвинение.
– Это, конечно, хорошая тактика, но нам следовало бы взять с собой газеты, – заметил Дрейк.
– Знаю, – сказал Мейсон. – Но Брэдбери их забыл, а я не хотел ждать. Делла сидит в конторе, готовая по нашему сигналу прыгнуть в такси и ехать к нам, как только мы подготовим Пэттона. Вероятно, вначале он будет сильно сопротивляться, а я не хочу, чтобы Делла слышала, как мы на него давим. Не забывай: я играю первую скрипку, тем более мы можем делать почти все, что захотим.
Прокурор не может использовать незаконные методы, чтобы добиться признания, а мы можем. А потом пусть Пэттон подтверждает все, что сказал, перед окружным прокурором.
– Ты хочешь заставить его признаться в намерении совершить мошенничество? – уточнил детектив.
– По сути да. Мы будем на него давить, пока не признается. После того, как получим признание, нас не должно ничего волновать.
– Хорошо, пошли, – кивнул Пол Дрейк.
– Даю тебе пятиминутную фору. Тебе потребуется минут двадцать, чтобы туда добраться.
– Не больше пятнадцати, – не согласился с ним адвокат. – Просто подожди пять минут.
Пол Дрейк кивнул и повернулся к продавцу за стойкой с газированной водой.
– Стаканчик сельтерской, – заказал он.
Перри Мейсон развернулся, вышел на улицу и махнул поджидавшему такси, которое стояло на противоположной стороне улицы. Машина развернулась и подъехала к нему.
– Апартаменты «Холидей» на Мэпл-авеню, дом 3508.
И побыстрее."
"Он откинулся на мягкое сиденье, когда машина тронулась с места, и прикурил новую сигарету от предыдущей. Мейсон выглядел абсолютно спокойным, сидел, не двигаясь. По его внешнему виду нельзя было определить, напряжен он или нервничает. Он напоминал боксера на ринге, который с неисчерпаемой терпеливостью станет загонять противника в нужное именно ему место, чтобы потом сразу завершить схватку одним страшным ударом.
