Конечно, вытерпеть ее можно, но зачем лишний раз себя…
– Я хочу!!!
– Она вам не показана. Вреда, конечно, не будет, но и пользы…
– Хочу!!!
– Это абсолютно бесполезная для вас процедура.
– Вы хотите сказать – я безнадежна? – взвизгнула Николетта с такой силой, что висевшая в коридоре картина закачалась.
– Упаси бог! – воскликнул врач.
– Тогда почему мне нельзя субаквальную ванну?
– Но…
– Я хочу!!!
– Хорошо, – сдался врач. – Вот направление.
Раскрасневшаяся, но страшно довольная Николетта выпорхнула в коридор.
– Вот! – заявила она. – Пошли.
Зиночка выдала Коке и маменьке халаты с полотенцами, потом вручила им розовые книжечки и, хитро улыбаясь, сказала:
– Ванны на втором этаже.
Мы двинулись внутрь лазни. Я остался у бассейна, а подружки кинулись по лестнице вверх.
Внезапно я почувствовал усталость. Вокруг бассейна стояли лежаки. Я прилег на один, закрыл глаза, но сон не шел. Промаявшись минут пятнадцать, я встал, подошел к девушке, сидевшей в центре зала за большим столом, и спросил у нее:
– Простите, можно узнать, сколько времени проведет больной в лазне? Я привел сюда матушку и хочу отлучиться на тот период, пока она лечится.
– Фамилию назовите?
– Чью? Николетты? Конечно. Адилье.
Девушка порылась в розовых книжечках, горой лежащих на столешнице, вытащила одну и стала задумчиво бормотать.
– Ага, субаквальная, подводный… Ну, если через три часа подойдете, в самый раз получится.
Вымолвив последнюю фразу, она вдруг захихикала:
– Адилье – ваша мама?
– Да, – кивнул я, не понимая, что смешного она нашла в этом факте.
– Ой, – продолжала веселиться девушка, – вы уж ей объясните, наши-то постеснялись…
– А в чем дело? – напрягся я.
Дежурная ввела меня в курс дела. У них работает санитарка – старательная, но слегка туповатая Марина. У нее плохо с памятью, поэтому никаких ответственных поручений ей не дают. Марина моет полы и бегает за покупками врачам. Сегодня утром одна из докториц попросила ее купить для себя небольшой пакетик кефира, а вторая – приобрести колготки, потому что свои она случайно разорвала.
Марина сгоняла в лавки, вернулась, хотела отдать покупки докторицам, но тут ей приказали немедленно идти наверх, мыть ванные комнаты. Надраив сантехнику, она преспокойно ушла. Пакет кефира и пачку колготок беспамятная женщина оставила на тумбочке возле ванны.
Через некоторое время в процедурную впорхнула Николетта, предварительно проинструктированная медсестрой.
