Лично я, имейся у меня пес, ни за что бы не приобрел несчастному корм, от которого тот начал бы светиться, потому что мигом заподозрил бы продукт с повышенной радиоактивностью.
– Небось у тебя ванны нет, – пошла в атаку Анна Ивановна.
– Как же не быть?
– Сколько же еще народу в квартире проживает? – заехала с другой стороны Анна Ивановна."
"– В каждой комнате по одному, всего пятеро.
– Ванна с туалетом общая?
– Ну да.
– А я одна! За триста! И никаких соседей, – торжествующе воскликнула Анна Ивановна, – сама себе хозяйка! Вот такое лечение на пользу пойдет!
Надежда Петровна открыла рот, да так и застыла: больше крыть было нечем.
Я же опять поднес часы к глазам и возмутился:
– Где автобус?
Анна Ивановна скривилась:
– А тут все так: никто никуда не торопится, ничто вовремя не начинается. Придет когда-нибудь.
Я забегал туда-сюда по тротуару, похоже, оказался самым нервным из присутствующих. Остальные вполне мирно ожидали автобус и не выражали неудовольствия. Когда он с получасовым опозданием прикатил со стороны парка, я был готов сказать пару нелестных слов шоферу.
И полное незнание чешского языка не явилось бы преградой, потому что водитель небось русский или украинец. Но за баранкой я неожиданно для себя увидел женщину лет сорока, и весь мой гнев мигом улетучился. Я просто не способен выяснять отношения с дамой, даже если она столь отвратительно опаздывает!
В нижней части города было не три улицы, а целых шесть, но я моментально нашел Вацлавскую и нужный мне дом.
Вспомнив разговор Анны Ивановны и Надежды Петровны, я решил прикинуться не слишком обеспеченным курортником, который надумал сэкономить на гостинице и теперь ищет комнатенку в частном секторе.
Я жал на звонок, но за дверью из крашеного пластика не раздавалось ни звука. Похоже, Светланы нет дома. В глубоком разочаровании я оперся плечом о створку, не зная, как поступить дальше, но тут дверь подалась и стало понятно, что она не заперта.
Ничего удивительного в данном факте не было.
Я очень хорошо помню времена, когда москвичи запирали квартиры лишь перед сном да уходя на работу. В те далекие годы мы не знали железных дверей, жили, как говорится, нараспашку, не боясь лихих людей. Сейчас же, наверное, в столице не сыскать ни одного беспечного человека, а вот в Ковальске, похоже, такие еще сохранились.
– Светлана, – воскликнул я, – не бойтесь! Меня направила к вам Таня из Замковой лазни. Говорит, вы комнату сдаете.
В ответ тишина.
