Мы прилетели, когда ты уже в больнице был. Знаешь, что тебя спасло?
– Теперь понимаю, кто сопел у меня за спиной, – протянул я, – а что спасло, не знаю.
– Хилость организма, – сказала Нора.
– В каком смысле?
– Да в прямом, – пояснил Макс. – В чем коварство этого яда? Он убивает медленно, часа два-три. Были случаи, когда люди погибали через сутки. Пока яд «работает», жертва чувствует себя неплохо, ну разве что бывает мелкое недомогание, голова побаливает, желудок, а потом бац – и все! Если человека «промыть» в первый час после приема яда, он выходит из ситуации без последствий, только на этой стадии никто к доктору не бежит, потому что ничего не ощущает.
Лена, попробовав яд, умерла быстро, через полтора часа, врачи установили инфаркт. А тебе сразу стало плохо, наблюдавший за тобой сотрудник сообразил, что во фляжке отрава. Сначала он скрутил Кольского, потом вызвал подмогу и врачей. Собственно говоря, это все.
– А Норе как удалось прилететь? – пробормотал я.
Макс и Элеонора снова переглянулись.
– У женщин свои секреты, – ответила хозяйка. – Впрочем, если этот ответ тебя не устраивает, объясняю: не имей сто рублей, а имей сто друзей.
– Но я бы заметил, – крякнул Макс, – что в данном конкретном случае вам пригодилось все – и рубли, и друзья!
– Значит, Михаил Стриженов не виноват, – вырвалось у меня, – он никого не убивал?
– Не убивал, но виноват, – загадочно ответил Петер.
– В чем?
– Ну, в частности, в похищении людей.
– Кого же он похитил?
Троица, сидевшая напротив меня, опять переглянулась.
– Мы что же, не сумели выполнить поручение Бугаева, – не успокаивался я, – не нашли Стриженова? Где же он?
– Да все время рядом был, – заржал Макс, – в шаге от тебя.
– В смысле? – оторопел я.
– Без смысла, – рявкнула Нора, – просто рядом! Не понимаешь?
– Нет, простите.
– О боже, – закатила глаза Нора, – ну, подумай, кто постоянно тусовался около тебя в Ковальске?
– Николетта?
– Ваня!
– Кока???
– Иван Павлович!!!
– Эстер, – стоял я на своем, – ей-богу, больше никого.
– Правильно, молодец, – кивнул Макс, – наконец-то догадался. Именно Эстер.
– Эстер? – повторил я. – Но она…
– Михаил Юрьевич Стриженов, – закончила за меня Нора.
Я замер с раскрытым ртом. Потом в мозгу забрезжила догадка. Вот почему дама так устрашающе красилась. Волосы – это парик, грудь накладная, но…
– Нет, – вырвалось у меня, – она же встретилась с Кокой и Николеттой в лазне, в женской раздевалке, а там все голые.
