Мои ножки должны по паркету скользить, ну, или по булыжной мостовой, а не глину каблучками мешать. Ты видела, какой слой грязи я со своей подошвы вчера отковыряла? Это же жуть, тут все туфельки ""убить"" можно. Домой босиком поедем.
— Видела, — пробурчала я, — на мои не меньше глины налипло.
— Вот, никаких условий для комфортной жизни! — Рояна потрясла пальцем, словно доказывая кому-то что-то.
О, в этом я была с ней согласна — городской ведьме в лесу не место. Если к туалетам мы еще как-то попривыкли, то все остальное включающее в себя полевую кухню, стирку в озере, невозможность уединиться, чтобы вымыться, листики и веточки на простыне, вечно грязные ноги — приводило в ужас.
К такому привыкнуть просто нереально.
— Я теперь знаю, почему ведьмы, живущие в дебрях леса уединенно, почти все темные, — проворчала Рояна.
— Я тоже знаю, тут любая, даже самая светлая душа, озвереет и почернеет, — поделилась я с подругой своими выводами.
Поднявшись, мы вытащили чистые вещи и, накинув плащи поверх сорочек, поплелись на озеро.
Утро выдалось очень холодным. Ступая по остывшей земле, я чувствовала, как на коже оседают ледяные капельки росы. Добравшись до деревянного мостика, мы скинули вещи и принялись умываться."
"— Ух, холодина, — стуча зубами, выдохнула Рояна, — да ну ее — эту личную гигиену. Вскочив, она спустилась с мостика и, схватив платье с панталончиками, скрылась в кабинке — раздевалке. Я же так просто не сдавалась. Набрав полные сомкнутые ладони воды, полила себе на шею и грудь. Кожа мгновенно покрылась мурашками.
Передернув плечами, поежилась и все-таки сдалась. Признав свое поражение, взяв вещи, отправилась следом за Рояной во вторую кабинку.
Еще пару дней и простуда мне обеспечена.
Понурые, замёрзшие и дико недовольные отсутствием возможности ополоснуться и не околеть, мы явились на полевую кухню. Кроме Сальвовски на месте обнаружилась и Саманта. Зевая, девушка заплетала свои густые локоны в две косички, подвязывая кончики простым кожаным шнурком.
— А явились, голубушки.
Ну, тогда схватили ведра и бегом за водой, — скомандовала учитель.
Деваться было некуда, ухватив деревянные тары за плетеные ручки, мы снова поплелись к озеру. За ночь лужи подсохли, но кое-где все-таки пришлось перепрыгивать через грязь. Добравшись до водоема, мы зачерпнули воды практически по самую кромку ведра и потащились обратно, кряхтя от тяжести. Ведра знатно оттягивали руки. Плетеная веревка, выполняющая функцию ручки, больно врезалась в кожу ладони.
